Шрифт:
Радио почти заглушило звонок телефона, записанный голос повторял предупреждения о высадке. Но Кэлли услышала и побежала поднять трубку.
— Алло? — сказал она.
— Мисс Кэлли О’Нил? — спросил голос с легким акцентом.
— Да.
— Могу я поговорить с мистером Майклом О’Нилом-старшим?
— Могу я узнать, кто звонит?
— Недавние посетители, — сказал голос с легкой ноткой юмора.
— Вот как! Не вешайте трубку.
Она выбежала наружу и прижала трубку беспроводного телефона к своему боку.
— Дедушка! — закричала она.
Вздрогнув, он поднял глаза вверх и посмотрел на нее с того места, где он исправлял дефектную электроцепь детонатора. Она энергично помахала трубкой над головой.
— Он подойдет через секунду, — сказала она «недавнему посетителю».
Воцарилась пауза, пока старший О’Нил поспешал вверх по холму. Вдалеке слышался усиливающийся шум рычащего мотора. Их посетитель явно торопился.
— Могу я задать вопрос? — спросил в промежутке голос с акцентом.
— Конечно.
— Как бы это сказать? Другой посетитель. Похоже, что его…
— Я.
— А. Это вполне объясняет. — Почему-то говоривший был доволен ее ответом.
— Вот и дедушка. Пока.
Она снова зажала микрофон и улыбнулась.
— Похоже, наши посетители возвращаются на чай.
— О черт! — сказал старший, тряся головой. — Остерегайся того, что просишь.
— Алло?
— Мистер О’Нил?
— На проводе.
— Это один из ваших недавних посетителей. Мы оказались несколько в затруднительном положении…
— Приезжайте. Поставьте машины в гараж. Я подвину грузовик, так что места хватит. И поспешите. Если наши друзья доберутся сюда раньше вас, я активирую минное поле, и вы окажетесь предоставлены сами себе.
— Конечно. Мы уже почти там.
В отдалении раздался грохот артиллерии и треск пулеметов. Модуль послинов умудрился приземлиться прямо между Пятьдесят третьей пехотной, защищающей ущелье Рабун, и главными позициями Волонтеров Теннесси. И всего лишь в двух милях от входа в долину. Вероятнее всего, они минуют небольшой вход в долину — поворот был совсем незаметный.
С другой стороны, учитывая, как проходил сегодняшний день…
Папа О’Нил покрутил плечом, чтобы бронежилет сел получше. Либо броня впитала добрых пять литров воды во время чистки, либо он становился слишком стар для этого дерьма. Он улыбнулся спецназовцу в черной маске, шедшему по дорожке, и протянул руку.
— Майкл О’Нил. А вы? Я не вполне расслышал имя раньше.
— Зовите меня Рафаэль, — сказал лидер команды. Он пожал протянутую руку, пока его группа торопливо спешила за ним. «Белые комбинезоны» следовали за ними. Хотя спецназовцы в черном имели оружие, белые комбинезоны были без оружия и без бронежилетов.
— Хотите экипировать их? — спросил Папа О’Нил, мотнув подбородком в сторону белых комбинезонов.
— Это будет довольно бессмысленно, — сказал Рафаэль. — Они вряд ли попадут из ружья в стену сарая. Но будет превосходно, если у вас найдется укромное местечко спрятаться.
— Ну, не могу сказать, что сожалею о вашем возвращении, — признался Папа О’Нил. — Нам не повредит дополнительная огневая мощь, если сюда придут послины.
Он сделал жест в сторону дома и зашагал туда сам.
— Меня утешает факт, что мы не единственные, кто подвергся нападению этих посетителей, — сухо произнес гость. — Несомненно, что господь не отвернулся от нас, раз они высадились и у мусульман.
Лейтенант Машуд Фармазан вздохнул, разглядывая врага сверху в старинный цейссовский бинокль. Группа послинов представляла собой остатки массы, опустившейся на Туркменистан. Войско прошло по погрязшей в бедности стране, растекаясь в стороны от места высадки возле опустошенного Чарджоу и уничтожая каждое брошенное против них подразделение. Шедшая маршем к иранской границе сила все еще насчитывала десятки тысяч воинов, и кровавый след отмечал их проход через Баграм-Али и Мары по старому Шелковому Пути. Такие же силы стерли с лица земли древнюю Бухару и сейчас осаждали овеянный легендами Ташкент. Эта сила направлялась предположительно к Тегерану и его богатствам.
Хотелось бы ему сказать, что дальше они не пройдут. Местность у этого перевала через Копетдаг крайне благоприятствовала остановке их наступления. Однако он был командиром и единственным офицером одного недоукомплектованного батальона, который сейчас стоял между послинами и плоскогорьем Фарс.
Подразделение являлось частью Первой бронетанковой дивизии, Бессмертных. Корни подразделения уходили в далеко в прошлое, к легендарным временам Мидии и царя Кира. Однако ему пришлось пережить трудные годы после свержения шаха. Современный режим ставил под вопрос целостность подразделения, ведущего родословную от Заратустры.