— И землицы подсыпь!

— Обойдешься!

— Все, мужи-ик, — мстительно зашипел куст. — Считай, ты — труп!..

И в этот момент зазвонил телефон.

Вот оно!

Я хорошо помнил, что телефон стоял на полке слева от бара! Точно! Значит, нужно ползти на звук!

И я пополз.

Пригнув голову, пролез под журнальным столиком. Отпихнул в сторону совсем некстати подвернувшийся под руку саквояж. Раздвинув зеленую поросль, нащупал рукой стену. Медленно поднялся на ноги.

Телефон звонил совсем рядом.

Я запустил руку меж лиан, щелчком откинул покусившегося на мой палец исполинского богомола и на ощупь нашел телефонную трубку.

— Слушаю…

— Здорово! — бодро рявкнул из трубки знакомый голос.

— Привет, Владимир Леонидович, — с облегчением выдохнул я.

Майор Ворный — это человек. Человек с большой буквы! Тот самый Человек, который не даст мне сгинуть в заполонивших номер сюрреалистических джунглях.

— Как дела, Петр Леонидович? — бодро осведомился Ворный.

— Фигово, — честно признался я.

— Что, здорово накатило? — участливо понизил голос Владимир Леонидович.

— Как никогда.

— Да-а… Что-то быстро на этот раз.

— И не говори.

— Так я зайти-то могу?

— Обязан!

— Понял! Что там у тебя на этот раз?

— Джунгли… Крапивный куст с манией величия… Да, еще телевизор взорвался.

— Ох и ни фига себе! — присвистнул Ворный, вроде как с восхищением даже. — Ладно, я ща буду!

В трубке короткие гудки отбоя.

Все еще сжимая трубку в кулаке, я тяжело опустился на пол.

Сразу с трех сторон ко мне потянулись зеленые стебли лиан.

— Не-а, — усмехнувшись, покачал головой я. — Ничего у вас на это раз не получится. Сейчас придет майор Ворный, и всем вам наступит кирдык!.. Что, не верите?..

— Давай, Петр Леонидович… Давай… В нос шибанул резкий водочный дух.

Я не глядя протянул руку, схватил стакан и залпом выпил. До дна.

Сколько там было? Граммов сто? Сто пятьдесят?…

Рукавом вытер слезы.

Зрение прояснилось.

Отлично. Что тут у нас?

Прямо передо мной — круглая, румяная, улыбающаяся во все щеки физиономия майора Ворного. Сидит на корточках и пялится на мои страдания.

— С приездом, Петр Леонидович!

Я лишь рукой махнул. Поднялся на ноги, сделал два шага и упал в кресло.

Ворный подхватил с пола пустой стакан, поставил его на журнальный столик рядом с початой бутылкой, сел в другое кресло, с довольным видом сложил руки на животе и на меня уставился.

— Спасибо, Владимир Леонидович…

Я взял открытую бутылку с чаем и стал пить прямо из горлышка.

То ли я еще не до конца отошел от шарахнувшего по голове глюка, то ли гроза приближалась, но мне показалось, что из окна, промеж неплотно задернутых штор, в комнату лезет сероватый сумрак. И это было нехорошо. Очень нехорошо. Потому что сумрак мог в один миг обернуться чем угодно.

— Ну ладно! — майор Ворный решительно взялся за бутылку водки и одним движением свинтил с нее пробку. — Давай-ка и мы тогда накатим!

Владимир Леонидович поровну плеснул в два стакана, себе и мне. Взяв свой стакан, Ворный посмотрел на меня сквозь стекло.

— Рад тебя видеть, Петр Леонидович, — сказал он с таким убийственно серьезным видом, что это могло и за издевку сойти.

Но я знал, вернее, почти не сомневался в том, что Ворный говорит от чистого сердца.

Мы чокнулись и разом опорожнили стаканы.

Кстати, то, что мы с майором Ворным оба Леонидовичи, ровным счетом ничего не значит. Ну, просто так случилось. В жизни и не такие совпадения бывают.

Ворный взял бутылку чая и сделал глоток.

— Ну как? — прищурившись, посмотрел он на меня.

— Нормально, — кивнул я. — Отпускает.

— Ну и славно.

На всякий случай Ворный снова наполнил стаканы. Но пить мы пока не стали.

В голове у меня все еще пели хрустальные колокольцы, однако звон их уходил все дальше и становился все тише. По телу разливалась приятная истома. Но спать не тянуло. Наоборот, хотелось заняться чем-то дельным.

— Ну, что нового в едином информационном пространстве? — так, между прочим поинтересовался Ворный.

— Отдельные умельцы осваивают полет без крыльев, — ответил я.