— Нет, — честно признался я.

— Вот видишь, — с укоризной качнул головой Владимир Леонидович. — Мы о ваших информационных технологиях больше вас знаем. Ну скажи мне, куда это годится?

Мне совершенно не хотелось обсуждать этот вопрос.

— Меня лично существующее положение дел устраивает, — ответил я в меру конкретно и максимально обтекаемо.

— Понял, — кивнул Владимир Леонидович. — А вот меня — нет. Поэтому ты работаешь в Мировом экологическом форуме, а я — в российской Госбезопасности. И знаешь, Петр Леонидович, я считаю, что непрекращающиеся попытки нелегально засадить Россию информационными башнями, есть не что иное, как диверсия против моей страны. И в меру своих сил и способностей буду с этим бороться.

Взгляд у майора Ворного при этом был такой, что мне хотелось не просто отвернуться, а под стол залезть, чтобы вообще его не видеть.

— Ты так это говоришь, будто меня в чем-то подозреваешь.

Ворный оперся руками о колени и медленно поднялся на ноги. Заложил руки за спину, подошел к стене и стал внимательно рассматривать висевшую на ней репродукцию Проваторова.

— Ты не допускаешь, что тебя могут использовать? — не оборачиваясь, спросил Ворный.

— Использовать? — растерянно переспросил я. — С какой целью?

— Ясное дело, с какой.

Ворный развернулся на каблуках, медленно подошел к столу, посмотрел на меня сверху вниз, достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и протянул мне.

— Это список мест, которые ты посещал во время своих предыдущих визитов. Ты ведь не только с министрами встречаешься, но еще и по стране ездишь.

— Это моя работа. Оценка экологического состояния…

— Меня, Петр Леонидович, твоя работа не колышет, — перебил Ворный. — Мне другой факт интересен. В каждом месте, где ты побывал, спустя какое-то время проводилась спецоперация по уничтожению проростков информационных башен.

Владимир Леонидович кинул листок на стол.

— Ты хочешь сказать… — медленно начал я и умолк.

— Ну-ну, продолжай, — подбодрил меня Владимир Леонидович. Он снова сел и сложил руки на груди.

— Нет… — я покачал головой. — Нет! — я протестующе взмахнул перед собой рукой. — Я не верю!

— Чему? — удивленно поднял брови Владимир Леонидович, в результате чего лицо его приобрело выражение крайней наивности.

Казалось, обидеть такого человека ничего не стоит. Но это было серьезное заблуждение.

— Ты обвиняешь меня в том, что я завожу к вам в страну споры информационных башен?

— Не кипятись, — усмехнулся Владимир Леонидович. — В этом-то я тебя как раз обвинять не собираюсь. Споры, оказавшиеся вне зоны информационного поля, за два-три месяца полностью теряют всхожесть. Я думаю, что ты можешь являться тем самым катализатором, который пробуждает их к жизни.

— Я?… Каким образом?

— Пока не знаю. Но факты, дружище, это такая штука, с которой трудно спорить. Вот, например, — Владимир Леонидович двумя пальцами взял за уголок лежавший на столе лист бумаги. — Смотри, апрель позапрошлого года. Ты ездил в Сызрань… Напомни, что ты там делал?

— Проблема защелачивания почв, — ответил я.

— Верно, — улыбнувшись, кивнул Ворный. — Ты там был с компанией наших экологов. Единственный представитель МЭФа, прибывший из-за кордона. А спустя восемнадцать дней после того, как ты покинул Сызрань, там проводилась спецоперация по уничтожению информационных башен. Двадцать три штуки выкорчевали.

— По-твоему, это моя работа?

— Не исключено.

— Ну так арестуй меня! — я в сердцах хлопнул ладонью по столу. — Какого черта…

— Успокойся, Петр Леонидович. Не думай, ты не какой-нибудь уникум. У нас целый список таких же, как ты, колесящих по всей стране послов доброй воли, за которыми тянется след из проростков информационных башен.

— И что вы собираетесь предпринять?

— Для начала попытаемся понять, как это происходит. Поскольку сам человек, даже нашпигованный уинами, не является источником информационного поля, значит у него при себе должно быть некое устройство, генерирующее узконаправленный, очень короткий импульс. Будь иначе, мы бы его засекли.

— Хочешь обыскать мои вещи? — я сделал приглашающий жест в сторону саквояжа, который даже не начал разбирать.

— Ну что ты, — укоризненно нахмурился Ворный. — Мы ведь доверяем друг другу. — Он сделал паузу, как будто хотел удостовериться, что я не стану возражать. — Так ведь, дружище?

— Так, — кивнул я.

А про себя подумал: что он от меня хочет? Почему не говорит напрямую?

— Что ты сам обо всем этом думаешь?

— Ничего, — качнул головой я.

— Ну что ж, — Владимир Леонидович вроде как с сожалением развел руками. — Ладно, давай свое расписание.

Я молча подтолкнул ему папку с программой визита. Майор Ворный раскрыл папку, двумя руками взял лист бумаги с красивой виньеткой.

— Ага… Значит, на этот раз у нас в плане реликтовые болота Облонского края, — Владимир Леонидович глянул на меня поверх листа. — У тебя копия есть?