— Теперь спрашивайте, она вам скажет все, — пообещал он.

— Как вас зовут? — спросила Берта Хофман по-итальянски.

— Клаудиа Антониоли, — ответила та чуточку заторможенным тоном.

— Это ты отравила цистерну с водой?

— Нет.

— А кто?

— Бог.

На минут все смешались, потом Зорич шепнул что-то на ухо Берте.

— А как зовут бога? — повторила она.

— Джеймс.

— А фамилия?

— Хенденберг.

Столяров быстро забил в компьютер эти данные.

— Зачем он это сделал? — продолжал расспрашивать Зорич.

— Он хочет довершить начатый конец света. Он предсказал его еще десять лет назад.

Столяров тут же доложил:

— Джеймс Хенденберг, англичанин, место жительства — Гвиана, сорок девять лет, профессор химии. А вот это уже интересно: "Основатель секты "Копье Бога".

Итальянка сразу оживилась, глаза ее заблестели.

— Да-да, "Копье Бога"! Это было лучшее место в мире. Мы так хорошо жили, мы готовились к концу света, молились, очищались духовно и плотски. Мы жили одной большой семьей, все любили друг друга. Потом пришли эти твари, и всех съели. Мы были в это время с Богом в джунглях. Когда вернулись, там были уже ваши эти тарелки, и нас вывезли. Бог сказал, что это и есть конец света, а вы ничего не поняли и зря сопротивляемся неминуемому. Он решил сам поставить точку в истории человечества.

Зорич задал вопрос, давно мучавший его.

— Откуда у него столько цианида?

— Бог производил его несколько лет. Мы хотели отравить водопроводную систему Нью-Йорка.

— Ты разведывала для него систему охраны пищевого блока?

— Да.

— Где сейчас Хенденберг?

— Я не знаю.

— Где Хенденберг?! — снова повторил Зорич.

— Я не знаю.

— Где его браслет?

— Он его снял сразу. Бог сказал, что это система сатаны.

— А как он тогда ел?

Антониоли расстегнула кофту, на ее груди на цепочке висел браслет.

— Я брала на его браслет пищу и воду. Относила ему.

— Можете полюбоваться личиком этого самозваного бога, — Столяров вывел на экран изображение бородатого, рослого мужчина.

— Передайте его изображение полиции во все отсеки, — скомандовал Зорич. — Задержать любой ценой.

— Где его искать, Клаудиа? — Повторила Берта.

Она отрицательно покачала головой.

— Вам его не найти. Он знает Ковчег лучше вас.

— Как это?

— Он излазил весь корабль, все его коммуникации. Он знает много разных закоулков.

— Что у него есть еще? — Спросил Зорич. — Оружие, яды?

Берта тут же перевела.

— Бомба, — еле шепнула итальянка. Они еще не пришли в себя от шока, когда со стороны входа ощутилось какое-то движение. Все повернулись в эту сторону, и невольно испытал второй шок. В дверях рубки стоял Джозеф Райт.

Все невольно вскочили на ноги.

— Генерал! Зачем вы пришли?! — возмутился Зорич. — Вам еще рано…

— Оставьте, полковник, — прервал его генерал. — Я может, еще не могу еще стрелять и бегать, но уже вполне могу соображать, а это главное. Дайте мне лучше куда-нибудь сесть.

Все вскочили на ноги, но Зорич отрицательно замахал руками и тут же освободил ему свое место во главе стола. На вопросительный взгляд Райта серб развел руки: — Это ваше законное место, генерал. Я ведь только ваш заместитель.

— Хорошо. Тогда, скажите мне, про какую бомбу говорила эта женщина?

Столяров коротко, но ясно рассказа все, что они выяснили про отравление воды и этого сумасшедшего Бога.

— Какая мощность этой бомбы? — задал вопрос генерал. Берта перевела вовпос итальянке. Клаудиа наморщила лоб.

— Не знаю. Он украл у военных две гранаты и какую-то взрывчатку он сам сделал, позавчера. Нашел какие-то химикаты, смешал их, и сказал, что это хватит, чтобы взорвать что-нибудь важное. Там такой мешочек, — она показал руками что-то размером с детский ранец.

Райт покачал головой.

— Такая бомба в нашей жестянке может наделать много шума. Где он может ее взорвать с наибольшим эффектом?

— Везде, — ответил Столяров. — Если он все же взорвет шлюз, то мы погибнем мгновенно.

— А он про это знает?

Столяров пожал плечами.

— Мы про это не говорили никому, кроме операторов и высшего командного состава.

— Но догадаться он может?

— Да.

— А если мы сбавим скорость? Это подействует?

— Нужно выйти из сверхскорости до светового режима. Тогда даже если он взорвет один из шлюзов, максимум чего он достигнет, это гибели нескольких сот людей. Гораздо страшней, если он взорвет что-нибудь из системы разгона. Тогда мы точно повторим последнюю вспышку адмирала Замин Ганна.