– Но ведь мы не доверяем друг другу. Какой тебе прок от моего обещания?

В его словах был резон. Джорджина задумалась, но, придя к выводу, что выбора у нее нет, сказала:

– Я поверю тебе, если ты дашь мне слово.

– Хорошо. Только не рассчитывай, что я буду ждать до бесконечности. Не пытайся одурачить меня, – предупредил он. – Я хочу увидеться с ней, когда вернусь в город.

– Об этом я тоже хотела тебе сказать, – проговорила Джорджина, вставая. – В следующее воскресенье мы с Лекси собираемся устроить пикник в Меримур-Парке. Приглашаю тебя присоединиться к нам, если у тебя нет других планов.

– В котором часу?

– В полдень.

– Что мне взять с собой?

– Мы все приготовим сами, кроме алкогольных напитков. Если захочешь выпить пива, прихвати его с собой, хотя я бы предпочла, чтобы ты этого не делал.

– Без проблем, – сказал Джон и тоже поднялся. Джорджина посмотрела на него снизу вверх.

– Со мной будет подруга, а ты можешь пригласить друга. – Лукаво улыбнувшись, она добавила: – Только мне бы хотелось, чтобы этим другом был не хоккеист.

– Это я уже решу сам, – буркнул Джон.

– Договорились. – Джорджина повернулась, чтобы уйти, но остановилась и оглянулась: – Кстати, нам придется делать вид, будто мы нравимся друг другу.

Джон хмуро взглянул на нее:

– А вот с этим могут быть проблемы.

Джорджина подоткнула со всех сторон одеяло и заглянула в сонные глаза дочери. Темные волосы девочки разметались по подушке.

– Завтра мы сначала посмотрим «Больницу», а потом устроим чаепитие, – сказала Джорджина.

Они уже больше недели не имели возможности вместе смотреть свой любимый сериал.

– Ладно, – зевнула Лекси.

– А где мой сахарочек? – спросила Джорджина. Лекси выпятила губы, Джорджина поцеловала ее и пожелала спокойной ночи. – Обожаю твою миленькую мордочку, – добавила она и встала.

– А Мей завтра придет на чай? – Лекси повернулась на бок и подсунула под подбородок одеяло с героями «Маппет-шоу», которым ее укрывали еще тогда, когда она была совсем маленькой.

– Пойду у нее спрошу.

Джорджина подошла к двери и, оглянувшись, увидела, что глаза дочери уже закрыты. Выключив свет, она покинула комнату.

Джорджина ощутила нетерпение Мей еще до того, как вошла в гостиную. Днем, когда Мей приехала посидеть с Лекси, Джорджина вкратце описала своей подруге и деловому партнеру ситуацию с Джоном, потом они ждали, когда настанет время укладывать девочку спать, и сейчас Мей уже сгорала от любопытства, готовая засыпать Джорджину кучей вопросов.

– Заснула? – шепотом спросила она.

Джорджина кивнула и опустилась рядом с Мей на диван. Взяв подушку с вышитыми цветами и своей монограммой, она положила ее к себе на колени.

– Я тут сидела и думала обо всем этом, – начала Мей, повернувшись к подруге. – Теперь многое обретает смысл.

– Что именно? – спросила Джорджина, решив, что с новой короткой стрижкой Мей стала похожа на Мег Райан.

– Например, почему мы обе так не любим спортсменов. Ты знаешь, что я их ненавижу, потому что они зверски избивали моего брата. И я всегда считала, что ты их не любишь из-за своих сисек. – Она выставила перед грудью руки и сложила ладони так, будто держала дыни. – Я предполагала, что однажды тебя перелапала футбольная команда или произошло еще что-то не менее мерзкое, но никогда не заговаривала об этом. – Она опустила руки. – Я не думала, что отец Лекси – спортсмен. Но теперь становится понятным, почему она физически более сильная, чем ты.

– Да, верно, – согласилась Джорджина. – Ну и что?

– Помнишь, когда Лекси было четыре, мы сняли страховочные колеса с ее велосипеда?

– Я их не снимала, это ты их сняла. – Джорджина строго посмотрела на подругу и напомнила: – Я хотела их оставить, чтобы Лекси не падала.

– Знаю, но они уже давно загнулись вверх и не касались земли. Они все равно бы ей не помогли. – Мей отмахнулась от нее. – Помню, я тогда подумала, что Лекси унаследовала свою отличную координацию от отца, потому что от тебя она ее унаследовать не могла.

– Эй, это нечестно, – притворилась обиженной Джорджина, хотя на самом деле не могла этого отрицать.

– Но я бы никогда в жизни не догадалась, что это Джон Ковальский, Господи, Джорджина, он же хоккеист! – Она произнесла последнее слово с таким же ужасающим презрением, с каким обычно говорят о серийных убийцах.

– Знаю.

– Ты когда-нибудь видела его в игре?

– Нет. – Джорджина опустила взгляд на подушку, лежавшую у нее на коленях, и нахмурилась, обнаружив коричневое пятно в углу. – Хотя я видела репортажи с матчей в вечерних новостях.