— Ты такая же шлюха! Ты ведь не будешь говорить, что вышла за меня по любви!

Все замерли, стараясь ничего не пропустить.

— Но ведь и ты женился на мне «по воле родителей», — спокойно ответила ему та.

— Ах ты, сука! Вы пользуетесь моими деньгами, имуществом! Распоряжаетесь тут всем! Ты, и твой папочка, и твои любовники! — Соломон был весь красный, орал, штаны упали к его ногам, обнажая беспомощно повисший член.

Жена встала со стола. Выпрямилась во весь рост.

— Твоя мать не имела иллюзий на твой счет. Не находись твое имущество в нашем трастовом управлении, ты уже был бы нищим. Откуда, по-твоему, у тебя есть деньги на шлюх, на твои дурацкие пожертвования? Или считаешь, что наследство Давида бездонно?! — жена отвернулась.

— Я подам на развод! Я все получу обратно! — выставил палец в направлении ее спины Соломон.

— И что? — жена смотрела на него с насмешкой.

— Вы не сможете ничем распоряжаться, если я разведусь с тобой, — это одно из условий договора, заключенного моей матерью.

— Давай, — жена равнодушно пожала плечами. — Думаешь, я расстроюсь?

Соломон все еще стоял с поднятым пальцем, ярость беспомощного душила его самого.

— Посмотри на себя, — жена подошла к нему вплотную, так что его палец уперся ей в грудь. — Да что ты можешь? — ее лицо скривилось в презрительной усмешке. — Да ты даже собственную жену оттрахать не сумел!

Жена взяла палец, упиравшийся в нее, и резко повернула. Раздался хруст, и Соломон упал на колени.

— А вы что стоите? Увидели настоящего сына Давида? Довольны?

Зрители молча попятились к двери и, толкая друг друга, поспешили на улицу.

Соломон заперся в родительском доме. Многие дни он проводил в библиотеке в кабинете отца. Постепенно о нем стали забывать.

«Соломон» — великий, щедрый, благородный. Только таблички на памятниках и церквях с именем жертвователя напоминали о нем. Никто уже не интересовался, каким он стал.

А он стал старым…

Кожа высыхала, волосы белели.

О нем забывали…

Телефонный звон гулким эхом пронесся по огромному пустому дому. Сердце Соломона сильно забилось.

— Алло! — Соломон ударился зубами о трубку.

— Соломон? Это Завуф.

— Да… — Соломон опустился в плетеное кресло.

— Я недалеко, я сейчас заеду, — в трубке послышались гудки.

Они сидели возле камина, который отчаянно чадил, оставляя на потолке черные полосы. Но они сидели. Завуф держал Соломона за руку.

— Что с тобой произошло? — спросил он, поглаживая другой рукой седеющие волосы Соломона.

— Все зря… Понимаешь… Все зря! Я прожил свою жизнь… так бездарно, так никчемно!

— Ты помог многим людям! Ты занимался благотворительностью…

— Я боялся смерти и старости! Я думал купить у Бога еще немного времени, молодости! Как ты не понимаешь?! Я боюсь! Посмотри, каким я стал — морщинистым, седым, нервным!

— Соломон, это происходит со всеми. С этим надо смириться, — Завуф обнял Соломона, прижав к себе, словно желая принять часть боли и страха. Но Соломон как будто специально запирал их внутри, дорожа ими, жадно храня и перебирая.

— Я хочу… Я хочу написать о своей жизни…

— Это хорошо, — Завуф заглядывал в глаза Соломона, стараясь выглядеть веселым.

— Я хочу написать о том, как важно найти свою дорогу.

— Хорошо… — Завуф целовал глаза Соломона.

— Да ты слушаешь меня или нет?! — резко оттолкнул его Соломон.

— Почему ты злишься?

— Потому что… Потому что сейчас я нашел! Я нашел свой путь! Я не хочу больше ничего пробовать и менять! У меня слишком мало времени! Я старею!

— Соломон… — глаза Завуфа наполнились слезами. — Зачем ты так с собой… ты прав, может, времени уже не так много, поэтому нужно… жить. Нужно его ПРОЖИТЬ, это оставшееся время.

— Уходи!

— Нет.

— Я не смогу остаться молодым в вечности. Еще несколько лет, и на меня уже будет невозможно без отвращения смотреть. Запомни меня таким, каким я был, когда мы встретились. Это было прекрасно, это было похоже на чудо! — Соломон закрывал голову руками, словно кто-то невидимый осыпает его ударами палки.

— Но все можно вернуть… — Завуф протянул к нему руку. Соломон отвернулся.

— Уходи! Немедленно! Было хорошо, но больше ты мне не нужен. Ясно? У меня свой путь.

В конце выпуска новостей обычно говорят о культуре.

— Сегодня было осуществлена торжественная закладка первого камня великого храма, стоявшего на этом месте сто лет назад. Храм был полностью уничтожен во время войны. Согласно замыслу реставраторов и строителей он будет воссоздан в том же виде. Осуществление этого проекта было бы невозможным без Соломона, сына Давида.

На экране появляется Соломон. Он сильно осунулся. Длинные седые волосы собраны на затылке.