— Не знаю… — пожал он наконец плечами. — Но это не Светлана — я говорю о девчонке из «Севера». Я ее не знаю.

— Я тоже. Но я должен знать, кто она такая. Все ясно?

— Да, — кивнул Валентин. — Я попытаюсь узнать, кто она.

Дарий взглянул на него и приподнял брови.

— Я узнаю, кто она, — поправился помощник.

— Лара идет, — произнес Дарий, уловив аромат жасмина. — Просто не знаю, как ей сказать о Фроле.

— Я пойду, пожалуй? — заторопился Валентин.

— Иди…

Валентин уже подходил к двери, когда та открылась, в кабинет вошла Лара. Девушка была мрачна, на ее губах не было привычной улыбки. Даже не взглянув на Кротова, она подошла к Дарию, села в кресло. Валентин быстро выскользнул из кабинета и закрыл за собой дверь.

— Прости, — сказала Лара. — Они оказались хитрее. Снова применили эту заразу. Пока она у них есть, с ними очень трудно сладить.

— Я не виню тебя, — произнес Дарий, думая о том, как сообщить ей о смерти Фрола.

— От Фрола так ничего и нет, — сказала Лара, сама подняв эту тему. — Их ищут, пока никаких следов. Я начинаю беспокоиться.

— Лара, нам принесли видеозапись… — тихо произнес Дарий и взял в руки пульт. — Тебе следует это увидеть…

За все время, пока на экране шли кадры гибели группы, Лара не произнесла ни слова. Сидела, неотрывно глядя на экран, ее побелевшие пальцы вцепились в подлокотники кресла. Вот первая часть записи закончилась, началась вторая.

— Фрол… — прошептала Лара, ее голос дрогнул. — Я убью его… — Она вскочила с кресла и быстро направилась к выходу.

— Стой, Лара! Стой! — попытался остановить ее Дарий. Но сделать уже ничего не смог, пинком распахнув дверь, Лара стремительно вышла из кабинета.

— Что с ней? — в кабинет заглянула испуганная секретарша.

— Фрол погиб, — ответил Дарий. — И я очень не завидую тем, кто его убил.

Калину мы подобрали у съезда с трассы. Александр был молчалив, на вопросы отвечал неохотно. Было видно, что все происшедшее не доставило ему удовольствия. Обратно ехали почти в полной тишине, я отрешенно смотрел на дорогу, думая о том, насколько все это нелепо. Нелепа сама эта война, нелепы похищения и гибель людей. И это только начало — я был уверен, что теперь, после смерти своих людей, Дарий непременно захочет поквитаться. И один бог знает, во что все это может вылиться.

Нас ждали. Как и раньше, Калина был весьма немногословен в комментариях и на вопрос Баала о том, как все прошло, ответил коротко:

— Они умерли…

Сделанная им в зоне видеозапись произвела на всех гнетущее впечатление — было неприятно видеть, как гибнут люди. Одно дело, когда смотришь какой-нибудь игровой кинофильм. И совсем другое, когда видишь кадры реальных событий. Запись уже закончилась, а у меня в ушах все еще стояли крики умирающих людей.

— А нельзя было без этого? — спросила Алла. — Могли бы просто забрать ребят, без всего этого ужаса.

— Когда на тебя кто-то лезет с кулаками, можно пытаться с ним договариваться, как-то увещевать его, — ответил Черный. — Подставлять левую щеку после правой, чем-то жертвовать. А можно сразу дать ему по зубам, чтобы впредь было неповадно соваться ни ему, ни тем, кто это видел. Дарий хотел, чтобы мы сдали ему зону. Мы это сделали. И то, что его люди не смогли унести добытое, уже не наша вина. Если Дарий попытается сунуться к нам еще раз, он пожалеет об этом еще больше… — Взяв камеру, Антон протянул ее Люминосу. — Давай добавим сюда пару слов и утром отошлем запись Дарию.

— Кто будет говорить? — спросил Леонид, взглянув на Антона и Сашу.

— Могу я… — Черный отошел так, чтобы в кадр не попала Алла. — Включай…

Сразу после того, как съемка закончилась, Калина уехал домой.

— Его Маша ждет, — пояснил Антон. — Беспокоится. Стоит ей попросить, и Калина никогда больше не пойдет в зону. Но она не просит.

— Почему? — не понял я.

— Потому что любит его. И не может отнять то, ради чего он живет.

— Это все равно что летчику сказать «не летай», — добавил Баал и поднялся с дивана. — Ладно, я тоже пойду. Завтра мне еще с шефом объясняться — два дня на работе не появляюсь.

— Так предупредил бы его, — хмыкнул Черный.

— Да я предупреждал. Он меня не отпустил.

— И ты все равно ушел?

— Разумеется…

Вместе с Баалом ушел и я — понимал, что все кончилось, и моя помощь больше не нужна. Мы вместе дошли до метро, дальше наши пути разошлись — мне было в одну сторону, Мирону в другую.

— Еще увидимся, — пожал мне на прощание руку сталкер.

— Конечно, — согласился я.

Дом встретил меня тишиной. Умывшись, я какое-то время курил, сидя на кухне и думая о событиях минувших дней, потом погасил окурок и пошел спать.