Он не помнит, как долго блуждал, но свежий воздух и физическая нагрузка ослабляют действие алкоголя. Мередит начинает приходить в себя. Поворачивает назад, однако не знает, в правильном ли направлении идет. Должно быть, он пробежал несколько миль.

По пути он замечает машину ФБР. Она стоит за углом, в тени. В ней никого нет. Агенты, следившие за ним, тоже разгуливают по безлюдным ночным улицам. Он слышит их шаги в темноте. Позади себя, впереди, справа, слева. Их звуки синхронны с ударами его сердца. Они звучат так же оглушающе, как звон литавр, преследуют, угрожают. Охватившая Алекса паника напоминает то нервное потрясение, которое он пережил в годы войны. Он бежит вдоль квартала. Машина ФБР куда-то исчезла.

Мередит видит табличку с названием улицы. Теперь он знает, где находится.

Он снова бежит, но звуки чужих шагов преследуют его, и он снова впадает в панику. Он бежит, не разбирая дороги.

Наконец он видит свой дом. Вдруг его охватывает тревога: он оставил дверь открытой, а у тротуара стоит незнакомая машина. Он подбегает к ней, готовый на все.

Но человек, сидящий в машине, подъехал к дому всего лишь несколько минут назад. Он ждал Мередита, полагая, что тот пошел прогулять собаку и не закрыл дверь по небрежности.

– Завтра вечером, в пять тридцать, в отделе «Картерет». Номер 2001. Поднимитесь на лифте до верхнего этажа, потом спуститесь по лестнице на двенадцатый. Мы присмотрим за вами. Если будет слежка, избавим вас от нее.

– Что все это значит? Кто вы?

– Один человек хочет встретиться с вами. Он – сенатор.

– Питер, где ты?

Это была Элисон. В ее голосе, доносившемся из гостиной, сквозило удивление. Голос Элисон вернул его в реальный мир.

– Я в кухне, – отозвался он, разглядывая еще не высохший чемодан, на котором были отчетливо видны следы соскребов. – Я сейчас приду.

– Не надо, – сказала она, видимо, облегченно вздохнув. – Там где-то должен быть кофе. Кофеварка в верхнем ящике буфета.

– Я все уже нашел, – сказал он. Потом поднял чемодан, перевернул его и поставил в угол. – Только вот кофе не получился. Попробую еще раз.

Он быстро подошел к столу, взял кофеварку, вылил содержимое в раковину и стал разбирать древний агрегат. Вытряхнув кофейную гущу в пустой пакет, он снова заправил кофеварку и наполнил ее водой.

Минуту спустя в двери показалась Элисон, закутанная в одеяло. Их взгляды встретились, и то, что они хотели сказать друг другу, было ясно без слов.

Увидев ее, Питер ощутил боль, но это была боль приятная.

– Ты вошел в мою жизнь, – проговорила она мягко. – Хотелось бы знать: надолго ли останешься в ней?

– Я хотел задать тебе тот же самый вопрос.

– Ну что же, жизнь покажет.

Варак без стука вошел в кабинет Браво.

– Там не один человек, – заявил он, – а если и один, то он распоряжается другими. Они сделали свой первый открытый шаг. Ченселор полагает, что удар направлен против женщины, но он ошибается: удар направлен против него.

– Значит, они хотят остановить его, – сказал Браво, и в голосе его не было вопросительной интонации.

– А если он не остановится, – добавил Варак, – то сбить его со следа, обмануть.

– Поясните, пожалуйста.

– Я сделал записи. Вы можете прослушать и просмотреть их. Они перевернули все вверх дном в кабинете Макэндрю, искали что-то или делали вид, что ищут. Мне кажется, последнее ближе к истине. Обман заключается в слове «Часон». Они хотят, чтобы он думал, будто разгадка в этом слове.

– Часон? – спросил Браво задумчиво. – Это было давно, если не ошибаюсь. Помню, Трумэн пришел в ярость, узнав о боях под Часоном.

– Правильно. Пять минут назад я получил справку из архивов разведки. Под Часоном мы потерпели самое серьезное поражение севернее тридцать восьмой параллели. Наступление тогда было предпринято без приказа свыше.

– Кажется, чтобы захватить какое-то поместье, – прервал Варака Сент-Клер, – или какую-то гряду. Это была первая из серии неудач, которые в конце концов привели к смещению Макартура.

– В справке, естественно, указано не совсем так.

– Конечно. Ну и что же дальше?

– Макэндрю был тогда полковником. Одним из тех, кто непосредственно командовал солдатами.

– А события под Часоном совпадают по времени с тем периодом, данные о котором отсутствуют в его послужном списке? – спросил Браво.

– Примерно. Если уловка состоит в этом, то такое совпадение необходимо. Тот, кто располагает досье Гувера, не может знать точно, что Макэндрю рассказал Ченселору. Впавший в панику человек, опасающийся разоблачения, часто ищет защиты в точных датах и ложной информации.