Потом Эстелла, проститутка с правыми взглядами, работавшая в «Поклоннике», спросила:

— Ты по ней скучаешь?

— Скучаю? Я ей дал пинка под зад! — заявил Стоут. — Вот пес — другое дело. С Магарычом было славно.

— Ну и гад же ты!

— Выпить хочешь?

— Не откажусь.

Оба голые, они курили отличные гаванские сигары. Этот сорт назывался «Ромео и Джульетта». Палмера Стоута приводило в восторг, что он отыскал партнершу, которая во время акта не выпускает изо рта зажженную сигару. Потом, если у него еще раз встанет, он сделает несколько снимков: они трахаются, сигара к сигаре — словно поединок дымовых труб!

Получив виски, Эстелла перевернулась на бок и погладила кудлатую каштановую гриву львиной шкуры.

— Ты сам пристрелил эту зверюгу?

— Я же говорил, милашка. Всех — сам. — Стоут потрепал темно-желтую шкуру, словно любимого скакуна по боку. — Этот сучонок был крепким орешком. Всадил в него три пули в упор.

Вообще-то потребовался один выстрел, но Стоута сбила с ног свора из четырнадцати полуголодных собак, которую Дургес использовал, чтобы загнать на дерево истощенное животное. Падая, Стоут дважды дернул спусковой крючок, и пули поразили соответственно злосчастного дрозда и пальму. Делиться этими колоритными подробностями с восхищенной Эстеллой Палмер не стал.

— Расскажи про Африку, — попросила гостья, выпуская из накрашенных губ сизое кольцо дыма.

— Про Африку? Ладно. — Основные знания о континенте Стоут черпал из телепрограмм «Нэшнл Джиогрэфик».

— Где ты завалил этого льва, в Кении?

— Точно. В Кении. — Стоут слизал с губ медовый налет «Джонни Уокера». — Африка... изумительная, — осмелился он наконец. — Невероятная.

— Ой, все бы отдала, чтобы как-нибудь туда съездить, — мечтательно сказала Эстелла, встряхнув волосами.

Стараясь не расплескать выпивку, Стоут осторожно перевернулся и ласково прилег подбородком на крутой зад подруги.

— Она такая большая, — прошептал он. — Африка.

— Да. Большая. — Эстелла призывно изогнулась, и Стоут проворно отпрянул, чтобы не подпалить сигарой ее разноцветные локоны.

— Кучу времени надо, милашка, чтобы объехать ее всю.

— Поехали вместе, Палмер! Ты будешь охотиться, а я собирать древности. Секс бесплатно. Ты оплачиваешь мои билеты на самолет, и я трахаюсь за так.

Стоута подмывало согласиться. Ей-богу, нужно куда-нибудь уехать. И поскольку законодатели на следующей неделе закончат обсуждение всякой чепухи... Почему бы не устроить отпуск с сафари в Африке? Когда он вернется, вещи Дези уже вывезут, и дом снова будет принадлежать только ему. Можно опять перейти к холостяцкой жизни. Стоут раздумал менять жилье — поди найди дом с такой замечательной комнатой для охотничьих трофеев.

— Надо посмотреть мой график, — сказал он, думая, что идею заморского путешествия в Африку предпочтительнее сначала подкинуть его пассии — двойнику Памелы Андерсон из клуба «Лобок». Стоут не мог вспомнить ее имени, хотя был уверен, что записал его на салфетке и спрятал в бумажник.

— А почему здесь пусто? — Эстелла показала на заметный прогал среди чучел.

— Тут будет черный носорог, которого я завалил пару недель назад.

— Носорог!

— Изумительный зверь. — Стоут мощно пыхнул сигарой. — Сама увидишь, когда чучело будет готово.

— Ты опять ездил в Африку? Когда? И почему не рассказал?

— Потому что мы с тобой, малышка, вечно говорим о политике. И потом, это была короткая поездка, всего на пару дней, — отмахнулся Стоут. — Кажется, в те выходные, когда ты отправилась на обед «Куэйла [38] в Президенты».

Эстелла перевернулась на спину.

— Погоди, ты поехал в Кению всего на выходные? Господи, ты и вправду заядлый охотник!

— О да. И опять поеду в субботу. — Стоут тотчас пожалел, что сболтнул.

Эстелла возбужденно села, расплескав виски на себя и Палмера.

— Можно мне с тобой? Ну пожалуйста!

— Нет, милая, на этот раз я еду по делу. Везу важного клиента, я обещал ему такого же носорога.

— Пустяки, я не буду вам мешать.

— Не могу, дорогая.

— Тогда привези мне хороший подарок, ладно? Только не дешевку — всякие там бусы или травяную юбку. Привези крутую резьбу по дереву или... Вот! Копье воина племени маcаи!

— Считай, оно уже у тебя, — сказал Стоут и уныло подумал: а это где найти в Окале?

— Ух ты! Прямиком в Африку! — Эстелла не сводила глаз в лиловой туши с трофеев Стоута — чучел зверей и рыб. — Знаешь, Палмер, я никогда не стреляла даже из игрушечного пистолета, но ежегодно делаю небольшие взносы в Национальную стрелковую ассоциацию. Полностью поддерживаю Вторую поправку.

— Я, как видишь, тоже. — Стоут обвел рукой чучела с мертвыми глазами. — Как поется в песне, «счастье — горячий пистолет».

— Че-то я такую не слышала, — удивилась Эстелла.