ДИСПЕТЧЕР: Сэр, я... У пилота сердечный приступ?

АБОНЕНТ: Нет! Я бы дал вам с ним поговорить, но, похоже, он очень занят — пытается вывести нас из пике... ааааа!.. Пресвятая матерь!... Ааааа!

ДИСПЕТЧЕР: Какой тип воздушного судна? Можете назвать номер рейса?

АБОНЕНТ: Не знаю... Все кружится, кружится... Иисусе!.. Кажется, вижу... кукурузное поле... Жену зовут Мириам, запомните? Телефон... код города...

ДИСПЕТЧЕР: Кукурузное поле? А что еще? Дулут видите?

АБОНЕНТ: Оооооуууууууу...

ДИСПЕТЧЕР: Сэр, необходимо ваше местонахождение, иначе я не смогу выслать наряд.

АБОНЕНТ: Да поздновато для нарядов, мистер... Ааааа! Вы просто... Ааааа!.. господи!... скажите им пусть ищут дымящуюся воронку... Это будем мы... Ох, твою маааааааааать!..

ДИСПЕТЧЕР: Сэр, вам придется подождать, но вы не отключайтесь. Сэр? Вы слышите?

Запись завораживала мистера Гэша. Подумать только: обреченный неверный муж на борту падающего самолета находит в себе силы позвонить в «911», чтобы придумать отмазку для жены! Какая восхитительная бесплодность! Какое прелестное отчаяние!

Он десятки раз прослушивал пленку. Восемнадцать тысяч футов животного страха. Здесь было все, кроме финального удара и взрыва.

Поздновато для нарядов.

Да уж, думал мистер Гэш, дурило попал в точку. Продавец пленки из Дулута вложил в кассету газетную вырезку. Двухмоторный самолет местной авиалинии вылетел из Сент-Пола. Он упал на фермерское поле, двадцать один погибший, не спасся никто. Местные власти не разглашали имя пассажира, позвонившего из самолета; они полагали, это огорчит родственников. Оригинал записи как свидетельство катастрофы передали в Национальную комиссию по безопасности на транспорте, которая вела расследование. Мистер Гэш получил копию высокого качества.

Внезапно пришла мысль, что можно усилить драматизм записи, если подложить симфонический кусок, где крещендо тарелок — музыкальная имитация взрыва, когда самолет врезается в землю.

Сэр? Вы слушаете?

Бум! Бум-бум! Дзынь! Бум-бум-бум!

— Точно, так и сделаю, — пробормотал мистер Гэш, вылезая из машины размяться. Светало, но на Жабьем острове — никаких признаков «бьюика» и баламута с женщиной и черной собакой.

Мистер Гэш направился к пансиону. Поднялся на крыльцо и постучал. Миссис Стинсон ответила с кухни, где жарила оладьи. Она сдержанно поздоровалась через сетчатую дверь и с явным неодобрением взглянула на стоявшие торчком сальные волосы гостя.

— Я ищу парня с черной собакой, — сказал мистер Гэш.

— Кто вы?

— У него большой фургон. С ним еще, кажется, женщина.

— Я спросила, кто вы такой.

— Парень должен мне деньги, — ответил мистер Гэш. — Он всем задолжал. На вашем месте я бы поостерегся.

Миссис Стинсон холодно улыбнулась за дверью.

— Мне он заплатил наличными и вперед.

— Просто не верится.

— Так что убирайтесь, пока я не вызвала полицию. Устраивайте разборки в другом месте, я беспорядка не потерплю.

Мистер Гэш, словно бы ненароком опираясь, положил руку на дверь.

— Он сейчас здесь? Кстати, его собака опасна. Загрызла девочку в Клюистоне. Разорвала ей горло. Парень еще и поэтому в бегах. Он сегодня ночевал?

— Не знаю, куда они отправились, мистер. Знаю только, что комната оплачена, а я жарю оладьи, потому что завтрак входит в стоимость. — Миссис Стинсон сделала шаг назад, поближе к телефону. Мистер Гэш это отметил. — Что до собаки, то она такая же страшная и злая, как золотая рыбка, и немногим умнее. Уходите. Я не шучу.

— Вы не знаете этого парня, мэм. От него одни беды.

— Я не знаю вас! — рявкнула миссис Стинсон. — Убирайтесь со своей педрильской прической!

Мистер Гэш уже готов был пробить сетчатую дверь, но услышал шум подъезжавшей машины. Он обернулся, и сердце забилось быстрее — наверное, вернулся парень на «бьюике».

Оказалось, нет. Это была черно-желтая машина полицейского патруля.

— Ну что? — спросила миссис Стинсон.

Мистер Гэш попятился от двери. Пока машина проезжала мимо дома, он разглядел за рулем полицейского в черной форме, а в зарешеченном отсеке силуэт человека; арестант привалился к дверце, словно был без сознания. Полицейский вроде бы слегка притормозил у пансионата, а может, просто показалось.

За спиной мистера Гэша посмеивалась миссис Стинсон:

— Эй! Все еще хочешь поболтать, говорун?

Едва полицейская машина скрылась из виду, мистер Гэш сошел с крыльца. У него было заготовлено объяснение: заглох автомобиль, он пришел в пансион воспользоваться телефоном, а старая карга на него заорала, как бешеная...

На дороге патрульного не было. Пройдя мимо своей машины, мистер Гэш неспешным шагом обошел пансион и вернулся. Лучше перебдеть, чем недобдеть, подумал он. Возможно, все это чепуха. Наверное, полицейский вез в каталажку какого-нибудь пьяного водителя. Только на это копы и годятся — пьянчуг хватать.