– Если вам нужна моя жизнь, – крикнул он, – попробуйте ее взять! Дрожащей рукой он взялся за меч.

«Не дури! – приказала Тамар. – Пока ты не отдал мне Книгу, твоя жизнь тебе не принадлежит!»

Когда Рикус убрал руку с меча, она добавила:

«Твои воины хотят, чтобы их отпустили. Им больно.»

«Откуда ты знаешь?» – недоверчиво спросил мул.

«Да ты на них посмотри, – словно удивляясь его ненаблюдательности, ответила Тамар. – Любому дураку ясно, что они вновь и вновь переживают свою мучительную смерть. Будь это в их силах, они давным-давно распрощались бы со своими бренными телами.»

Мул понимающе кивнул.

– Вы свободны! – крикнул он, и видя, что ничего не меняется, добавил: – Уходите. Оставьте свою боль.

– Скажи нам – почему? – отозвалась Древет.

Она поднялась в воздух и повисла перед балконом. Язык оранжевого пламени коснулся перевязи Рикуса. Пропитанная кровью материя сразу же вспыхнула. Вскрикнув, мул поспешно отдернул руку и, сорвав с шеи горящую тряпку, кинул ее на площадь.

Тем временем отряд мертвецов сделал еще шаг к балкону. Решив, что он зря послушался Тамар, Рикус вжался в стену. Но Древет последовала за ним. Она висела так близко, что жар ее пламени обжигал мула. Вытащив из ножен меч, Рикус приготовился защищаться.

«Тут Кара не поможет», – предупредила Тамар.

«Но Древет ничего не желает слушать!»

«Неужели ты думаешь, что твои воины смирятся со своим уделом, когда ты сам не в силах взять на себя бремя ответственности? – спросила Тамар. – Если ты не принимаешь свою судьбу, она тебя уничтожит… а мне, между прочим, совсем не улыбается искать нового помощника для поисков Книги.»

«Я тебе не слуга!»

Тамар промолчала. Не было нужды возражать. У себя за спиной Рикус услышал голос Ниивы.

– Я позову Каилума!

– Не надо! – крикнул мул, мысленно соглашаясь с доводами призрака. Он не доверял Тамар, ненавидел и презирал ее, но ничуть не сомневался, что сейчас она пытается спасти его. Как ни крути, а он действительно ей нужен. Должен же кто-то найти Книгу…

– Мне не требуется защита от моих собственных воинов.

Не отрывая глаз от висящего перед ним огненного столба, Рикус спрятал меч в ножны и сделал шаг вперед. Древет отступила. Когда она сошла с балкона и вновь повисла над площадью, мул остановился. Он посмотрел на взывающих к нему мертвецов. Всем сердцем мул принимал тяжкую ответственность за совершенное.

И теперь он был готов отпустить отряд Древет.

– Вы погибли, – твердо объявил он, – чтобы я выиграл битву! И если бы потребовалось, я сделал бы это снова.

Голоса смолкли, и Канх оторвался от кружки горького вина, которым угостил его кто-то из друзей. Как и большинство соратников, гладиатор обосновался в западной части поселка – как можно дальше от Рикуса и компании его мертвых поклонников.

– Не нравится мне это… – проворчал Канх. – Как вы думаете, что сейчас делает Рикус? Похоже, заставил Древет и ее ребят запеть по-другому…

– Кто знает, – пожала плечами Лор, смуглокожая женщина с окровавленной повязкой на обрубке правой руки. Она протянула пустую кружку Джонато, молчаливому темплару, снискавшему расположение гладиаторов своей сверхъестественной способностью находить вино там, где другим приходилось довольствоваться водой. – Готова побиться об заклад, до добра все это не доведет.

– Один гном сказал мне, что Рикус изучает колдовство и собирается стать королем Тира, – вставил Лафус, сгорбленный эльф-полукровка с широким лицом. – Гном слышал об этом от самого Каилума.

– А я этому не верю, – покачал головой Канх. – Рикуса, которого я знал, мало заботят и колдовство, и венец. Думаю, это рубин лишил мула разума.

– То, что вы сражались на одной арене, еще не означает, что ты знаешь Рикуса, – с готовностью возразил Лафус. – А как ты объяснишь этот кошмар на площади?

– На площади собрались не нашедшие успокоения души, – покачал головой Джонато. – Они не имеют никакого отношения к колдовству.

– Вы, темплары, знакомы с магией, – кивнул Канх. – Кроме того, я куда больше доверяю Рикусу, чем какому-то там трахнутому солнцем гному. Да и с чего ты взял, что он все это не выдумал? – обратился он к Лафусу.

– Мой знакомый гном утверждал, – ответил полукровка, – что Каилуму об этом рассказала Ниива, – гладиатор победно оглядел своих собеседников. – Потому-то она, дескать, и не хочет больше спать с мулом.

– Тогда я буду с ним спать, – заплетающимся от вина голосом объявила Лор, и показав свой обрубок, добавила: – Может, его колдовство вырастит мне новую руку.

Наступило неловкое молчание.

– А что говорят у вас? – после паузы спросил Канх у Джонато.

Темплар пожал плечами и наполнил опустевшую кружку Лор.