— А чем провинился бедный Ник Холт? — не без иронии спросила Энн.

— Ничем. Это просто интуиция. — Нэнси пожала плечами и упрямо проговорила: — Правда, он достаточно хорошо разбирается в эскалаторах, чтобы без посторонней помощи подстроить несчастный случай.

Владелец «Дэннера и Бишопа» положил конец обсуждению.

— Я думаю, — объявил мистер Фитцхыо, — что сегодня мы уже достаточно поговорили на волнующую всех нас тему, а посему предлагаю временно выбросить ее из головы и переключиться на десерт. Кого-нибудь интересует шоколадный торт?

— Да! — взволнованно крикнула Бесс. Глаза ее заблестели.

Нэнси и Джорджи дружно расхохотались.

Утром следующего дня юная сыщица приступила к выполнению своих обязанностей по охране магазина. Во время обхода она заглянула в кладовую отдела обуви. Там у двери ее заметила проходившая мимо Джорджи и высоко подняла брови при виде серой униформы, которую Нэнси пришлось надеть в соответствии с правилами.

— Хорошо, что Бесс не попала на работу в службу безопасности, — улыбаясь, сказала проницательная Нэнси. — Под страхом смертной казни она не согласилась бы влезть в это жуткое платье.

— И спорить не о чем, — хихикнула тихонько Бесс, в эту минуту выходившая из кладовой, держа в руках целое сооружение из шести обувных коробок, поставленных друг на друга. — А вы обе когда-нибудь работаете? — вдруг разворчалась она. — Неужели вам нечем заняться? Чего вы тут подпираете двери и беззаботно щебечете?

— Лично у меня как раз идет трудовой процесс! — жизнерадостно возразила Джорджи. — Мне было велено опорожнить все мусорные корзинки на этом этаже. В поисках их местонахождения я и разгуливаю.

— Как дела, Бесс? — Нэнси посмотрела в сторону отдела. Оттуда не доносилось ни звука. Три покупательницы терпеливо дожидались возвращения девушки. В отделе было тихо и спокойно.

— Между прочим, служба в этом заведении — совсем не такое удовольствие, как я предполагала — вдруг пожаловалась Бесс. — Мне нравится быть продавщицей, вы знаете, но работать здесь, в обувном отделе, очень нелегко. Приходится делать абсолютно все.

— А Линди?

— Ее почти никогда нет на месте. Она готовится к прослушиванию — ну, к пробе на роль, — и все время торчит в кладовой, разучивает свои стихи. А когда ей это надоедает, она все равно не занимается никакой работой. Только стоит неподалеку и болтает с кем-нибудь, кто соглашается слушать про то, как она поедет в Нью-Йорк и станет звездой мировой величины. Тем временем я все должна успевать одна…

— Слушай, Бесс, — сказала Джорджи, — а ты подойди к этому делу с другого конца: Линди бездельничает, но зато тебе не надо каждый день носить такую уродливую форму, как у Нэнси.

— Да, пожалуй, это единственное достоинство моей службы, — вздохнула Бесс. — Мне пора. Надо отнести туфли вон тем дамам.

Нэнси молча смотрела, как подруга идет к прилавку.

— Наверное, пришло время и мне поработать, — промолвила Джорджи. — Пока, Нэнси, увидимся позже.

Девушки отошли от хранилища обуви, собираясь разойтись в разные стороны, но в этот миг Двое абсолютно одинаково одетых мальчишек лет Десяти-двенадцати молнией промчались мимо них, Держа путь к эскалатору.

— Эй, вы! — крикнула Нэнси, кидаясь вслед Убегающим сорванцам.

В ту же минуту со стороны отдела обуви, откуда-то из-за громадных шкафов-витрин, послышался отчаянный женский вопль.

— Снимите их! Снимите их с меня, ради всего святого! — пронзительно вопила одна из покупательниц Бесс.

Прервав погоню за мальчишкам, Нэнси бросилась назад, к обувному прилавку. Джорджи последовала за ней.

— Что произошло?

— Не знаю! Не знаю! — в ужасе восклицала Бесс, остановившимся взором глядя на то, как ее клиентки крутятся на одном месте, высоко подпрыгивая, визжа и пытаясь стряхнуть свои туфли с таким видом, точно у них под ногами разожгли яркий костер и у всех троих уже загорелись подошвы.

Дамы продолжали голосить и прыгать, а Бесс по-прежнему, как завороженная, тупо смотрела на них. Бедняжка буквально остолбенела и была не в силах двинуть ни рукой, ни ногой. Наконец одна из покупательниц ухитрилась сбросить с себя туфли и рухнула в ближайшее кресло, тяжело дыша и очумело вращая глазами.

Джорджи и Бесс, все же преодолевшая оцепенение, пытались успокоить двух других женщин, но дознаться у них, в чем дело, не удавалось: обе вели себя точно безумные.

Нэнси подняла одну из туфель, скинутых на пол первой покупательницей, и тщательно осмотрела. Не требовалось большого труда, чтобы обнаружить внутри странную порошкообразную массу, покрывавшую дно и боковины изящной синей «лодочки». Девушка осторожно притронулась пальцами к непонятному веществу. Палец будто обожгло; он тут же начал чесаться.

_ Зудящий порошок, — констатировала юная сыщица. — Кто-то насыпал зудящего порошку в новые туфли!

Джорджи и Бесс тем временем изловчились и все-таки разули двух других женщин. Те сразу смолкли, сели и тоже принялись отдуваться.