— На самом деле, мне просто повезло, — сказал мистер Фрост. — Прямо под носом нашёл.

Он наклонился и сдвинул вытертый ковёр.

— Так вы знаете, за что убили мою семью? — спросил Ник.

— Сейчас всё будет, — сказал мистер Фрост. Он потянулся и стал давить на половицу, пока та не откинулась. — Это была спальня младенца, — сказал он. — Я сейчас покажу… В общем, единственное, что остаётся неизвестным, — это кто именно совершил убийство. Совсем никакой информации. Ни малейшей зацепки.

— Известно, что у него чёрные волосы, — сказал Ник, стоя в комнате, которая когда-то была его детской. — И ещё мы знаем, что его зовут Джек.

Мистер Фрост опустил руку в пространство, открывшееся под половицей.

— Прошло почти тринадцать лет, — сказал он. — За это время волосы поредели и поседели. Но ты прав. Имя, действительно, Джек.

Он выпрямился. Рука, которую он вынул из отверстия в полу, теперь держала большой острый нож.

— Пора, — сказал некто Джек. — Пора, мальчик. Самое время покончить с этим.

Ник изумлённо уставился на него. Казалось, что мистер Фрост был плащом или шляпой, в которые этот человек был одет, а теперь он их сбросил. От дружелюбной наружности не осталось и следа.

На его очках и на лезвии ножа вспыхивали блики.

Снизу послышался голос Скарлетт:

— Мистер Фрост? Кто-то стучит в дверь. Открыть им?

Некто Джек отвёл взгляд лишь на мгновение, но Ник знал, что другого шанса у него не будет. В тот же момент он растворился так тщательно, как только умел. Некто Джек повернулся туда, где только что стоял Ник, затем обвёл глазами комнатку. На его лице ярость боролась с удивлением. Он шагнул в середину комнаты и завертел головой из стороны в сторону, словно старый тигр на охоте.

— Ты где-то здесь, — прорычал некто Джек. — Я тебя нюхом чую!

За его спиной хлопнула дверь мансарды. Он метнулся к ней, но ключ уже повернулся в замке.

Некто Джек повысил голос:

— Мы только тянем время, всё равно ты от меня не уйдёшь! — кричал он через запертую дверь. Затем добавил: — У нас с тобой ещё осталось неоконченное дело.

Ник бросился вниз по лестнице, врезаясь в стены, летя чуть не кубарем, стараясь быстрее добраться до Скарлетт.

— Скарлетт! — крикнул он, как только увидел её. — Это он! Бежим!

— Кто он? Ты про что?

— Он! Фрост — это Джек. Он пытался убить меня!

С чердака послышался громкий удар, некто Джек пытался выбить дверь.

— Но, — Скарлетт не могла осознать то, что только что услышала. — Но он же хороший.

— Нет, — сказал Ник, хватая её за руку и таща за собой вниз по лестнице. — Совсем не хороший.

Скарлетт распахнула входную дверь.

— Добрый вечер, юная леди, — сказал мужчина, стоявший на пороге. — Мы ищем мистера Фроста. Я полагаю, это и есть его логово.

У него были серебристо-белые волосы, и он благоухал одеколоном.

— Вы его друзья? — спросила она.

— О, да, — ответил низенький мужчина, который стоял позади. У него были чёрные усики, и он, единственный из всех, был в шляпе.

— Разумеется, — сказал третий, самый молодой из них, высокий блондин нордического вида.

— Каждый Джек его друг, — произнёс последний. Он был широкоплечим, с крупной головой и смуглым лицом, и смахивал на быка.

— Он… мистер Фрост вышел, — сказала она.

— Но его машина здесь, — возразил мужчина с белыми волосами, а блондин спросил:

— Кстати, а вы кто?

— Он друг моей мамы, — сказала Скарлетт.

Ник, который уже прошёл мимо джеков, отчаянно махал, чтобы она скорее уходила оттуда.

Скарлетт произнесла как можно беззаботнее:

— Он просто выскочил на минутку. На угол, за газетой. Там, на углу, магазин.

Она закрыла за собой дверь, обошла мужчин и пошла по улице.

— Куда же вы? — спросил усатый.

— Мне нужно на автобус, — сказала она и, не оглядываясь, стала подниматься по холму, в сторону автобусной остановки и кладбища.

Ник шёл рядом с ней. В густеющих сумерках он даже Скарлетт казался призрачным — как будто он был расплавленным летним воздухом, чем-то нереальным, точно краем глаза она видела мальчика, а стоило присмотреться — там были только гонимые ветром листья.

— Иди быстрее, — прошептал Ник. — Они смотрят на тебя. Но не беги.

— Кто они? — тихо спросила Скарлетт.

— Не знаю, — ответил Ник. — У меня от них странное чувство. Будто они и не люди вовсе. Я хочу вернуться и послушать, что они будут говорить.