— Конечно, люди, кто же ещё! — сказала Скарлетт, ускоряя шаг, насколько это было возможно, чтобы не сорваться в бег. У неё больше не было уверенности, что Ник идёт рядом с ней.

Четверо мужчин стояли у двери дома номер 33.

— Не нравится мне всё это, — сказал мужчина с бычьей шеей.

— Вам что-то не нравится, мистер Тар? — спросил седовласый. — Да никому из нас не нравится. Всё неправильно. Всё идёт не так.

— В Кракове проблемы. Они не отвечают. А после Мельбурна и Ванкувера… — сказал человек с усиками. — Судя по всему, остались только мы четверо.

— Мистер Кетч, помолчите, прошу вас, — сказал седовласый. — Я думаю.

— Простите, сэр, — ответил мистер Кетч и разгладил свои усы одним пальцем, не снимая перчатки. Он смотрел то на вершину, то на подножье холма и что-то насвистывал сквозь зубы.

— По-моему… стоит её догнать, — сказал мистер Тар, мужчина с бычьей шеей.

— А по-моему, господа, вам нужно слушать, что я говорю, — сказал седовласый. — Я просил тишины. Это значит, что должно быть тихо.

— Простите, мистер Данди, — сказал блондин.

Все замолчали.

В тишине они услышали стук, раздававшийся из глубины дома, откуда-то сверху.

— Я пойду внутрь, — сказал мистер Данди. — Мистер Тар, вы пойдёте со мной. Нимбл и Кетч возьмут девчонку. Верните её сюда.

— Живой или мёртвой? — спросил мистер Кетч, самодовольно улыбаясь.

— Живой, идиот ты этакий, — сказал мистер Данди. — Я хочу знать, что ей известно.

— Может, она из этих, — сказал мистер Тар. — Которые сделали нас в Ванкувере и в Мельбурне, и…

— Поймайте её, — перебил мистер Данди. — Прямо сейчас.

Блондин и шляпа-с-усами поспешили на холм.

Мистер Данди и мистер Тар стояли у двери дома номер 33.

— Высади дверь, — приказал мистер Данди.

Мистер Тар прислонился плечом к двери и навалился на неё всей своей массой.

— Она усилена, — сказал он. — Защищена.

— Любой Джек может справиться с тем, что сделал другой Джек, — произнёс мистер Данди. — Он снял перчатку, приложил руку к двери и что-то пробормотал на языке, более древнем, чем английский. — Попробуй ещё раз, — сказал он.

Тар прижался к двери, крякнул и толкнул её. На этот раз замок поддался, и дверь распахнулась.

— Неплохо, — похвалил мистер Данди.

Где-то высоко над ними, на самом верху, раздался грохот.

На полпути наверх они встретились с Джеком. Мистер Данди улыбнулся ему холодной улыбкой, которая не выражала радушия, зато демонстрировала идеальные зубы.

— Здравствуй, Джек Фрост, — произнёс он. — Я полагал, что мальчишка у тебя.

— Так и было, — ответил некто Джек. — Он сбежал.

— Снова? — улыбка Джека Данди стала ещё шире, холоднее и идеальнее. — Один промах — это ошибка, Джек. Второй — это катастрофа.

— Мы его поймаем, — сказал некто Джек. — Сегодня всё будет кончено.

— Очень надеюсь, — сказал мистер Данди.

— Он на кладбище, — сказал Джек, и вся троица устремилась вниз по лестнице.

Некто Джек втянул в себя воздух. Запах мальчишки всё ещё стоял в его ноздрях. Затылок покалывало от предвкушения. Всё повторялось, как много лет назад. Он остановился, чтобы надеть свой чёрный плащ, который выглядел неуместно рядом с твидовым жакетом и бежевым макинтошем мистера Фроста.

Входная дверь была открыта. Вечерело. На это раз некто Джек точно знал, куда идти. Без дальнейшего промедления он вышел из дома и поспешил на холм к кладбищу.

Когда Скарлетт добралась до кладбища, ворота оказались закрыты. Скарлетт отчаянно потянула их на себя, но их заперли на замок изнутри. Тогда рядом с ней появился Ник.

— Ты знаешь, где ключ? — спросила она.

— На это нет времени, — сказал Ник. Он подошёл вплотную к металлическим прутьям. — Обними меня.

— Что?

— Просто обхвати меня руками и закрой глаза.

Скарлетт посмотрела на Ника, словно требуя от него найти другой способ, затем всё-таки подошла, крепко обняла его и зажмурилась.

— Хорошо.

Ник прижался к прутьям кладбищенских ворот. Они считались частью кладбища, и он надеялся, что подаренная ему Свобода кладбища может, хотя бы раз, укрыть кого-то ещё. И он просочился сквозь прутья, подобно дыму.

— Можешь открыть глаза, — сказал он.

Она так и поступила.

— Как ты это сделал?