Шрифт:
– Добровольно, – пробормотал кровосос, видимо, полностью деморализованный мистическим (с его точки зрения) оборотом событий.
– Договорились, – холодно улыбнулся я. – Итак, начнем. Сколько всего ваших в доме?
– Пятнадцать человек.
– Где находятся?
– Один снайпер у сарая, второй – в баньке, третий – в мансарде. Два автоматчика у черного входа, еще двое – в холле, у парадного...
– У парадного? – прищурился я. – Выходит, ваш начальник не слишком доверяет снайперам?
– Он всегда предпочитает перестраховаться, – уныло сообщил кровосос.
– Ладно, продолжай, – шевельнув ножом, приказал я.
– Четверо в комнатах первого этажа контролируют окна. Один в гараже помогает Сергею... Плюс мы с Артуром. – Тощий покосился на мертвого приятеля.
– Чем же занимается Сергей в столь поздний час в холодном, неуютном гараже? – с наигранным удивлением поинтересовался я. – Неужто машины ремонтирует?
– Он... с пленными там... – испуганно глянув на кипящего от ярости Кирилла, выдавил кровосос.
– Ну, ну, не бойся, – подбодрил я. – До сих пор пытает?
– Пытает, – обреченно вздохнул тощий.
– Культурно развлекается, значит. Понимаю. И последний вопрос: связь между собой вы поддерживаете по рациям?
– Да, наша в кармане у Артура. – В глазах кровососа появилось тоскливое выражение животного, ведомого на бойню.
– Спасибо, дорогой, ты очень нам помог, – сердечно поблагодарил я и коротким точным ударом ножа рассек ему яремную вену.
– Легкая смерть, – с сожалением заметил Старостин. – Они, суки, брата истязают, а мы...
– Мы не должны им уподобляться, сержант, – сухо отрезал я. – Кроме того, эти гниды – сатанисты, и в преисподней их ожидает та-а-кое! Ты даже представить себе не можешь [29] . А теперь к делу. В доме одиннадцать вооруженных ублюдков, которых необходимо уничтожить. Ни гранат, ни огнемета у нас нет. Танка или артиллерии тем более. Оптимальный вариант – захватить живым главаря, а дальше... дальше сам знаешь. Весь вопрос, как захватить? Э-эх! Если б прямо отсюда попасть в гараж.
29
Люди, сознательно служившие сатане (маги, колдуны, сатанисты и т. д.), страдают в аду во много раз страшнее всех прочих грешников. Дело в том, что ад имеет множество ступеней, или, если угодно, отделений, где грешники испытывают мучения в строгом соответствии с количеством сотворенного ими зла. Ни больше, ни меньше. (Бог ограничивает возможности дьявола даже в преисподней.) Однако над теми, кто сознательно предал Творца, нечистый дух получает абсолютную власть и издевается уже как хочет. Ждать от него награды «за верную службу» бесполезно. Дьявол – зло в чистом виде, и чувство благодарности ему неведомо. Ко всему прочему, он, люто ненавидя всех без исключения людей, своих холуев в придачу еще и презирает.
– Есть такая возможность, – оживился Кирилл. – Кроме лестницы, ведущей в жилые помещения, в гараже имеется дверь, соединяющая его с подвалом. Тут не только котельная, тут... в общем... – Споткнувшись на полуслове, Старостин смущенно отвел глаза.
– Не тушуйся, бандюга, – усмехнулся я. – Ты имел в виду домашнюю тюрьму для несознательных коммерсантов, не желающих возвращать долги. Ведь правильно? Ась?
– Ну, допустим, – нехотя согласился Кирилл. – Хотя это не столько тюрьма, сколько склад необходимых в хозяйстве вещей: автозапчастей, садового инвентаря...
– Короче, Склифосовский, – перебил я. – Показывай дорогу...
Чуть приоткрыв заветную дверь, мы увидели сцену, живо напомнившую фильмы о зверствах эсэсовцев. Просторный гараж был залит ярким светом. На противоположной от нас стене висел голый Корнев, привязанный за руки и за ноги к деревянным полкам. На покрытом потом лице Владислава застыла маска боли и ненависти. Рядом вышагивал низенький, вислобрюхий мужичонка с курчавыми рыжими волосами и бесстыдно вывернутыми пунцовыми губами (очевидно, тот самый Сергей). В правой руке он держал электрошоковую дубинку с двумя крохотными, заостренными электродами на конце, в левой – черненький дипломат. Немного поодаль стоял, широко расставив ноги, здоровенный бритоголовый бугай с автоматом наперевес.
– Не упрямься, мальчик. Будь со мною откровенен, – сладострастно пришептывал рыжий. – Иначе снова пущу ток... Допустим, сквозь животик или сквозь яички. – Сергей плотоядно сощурил заплывшие жиром глазки. Из ощеренного рта Корнева вырвалось хриплое рычание загнанного раненого, но не собирающегося сдаваться волка.
– Ай-яй-яй, – по-обезьяньи гримасничая, погрозил дубинкой гнусный тип. – Последний раз спрашиваю – где потайной ход?
– В котельной, – громко сказал Кирилл, одновременно распахнув дверь и срезав короткой автоматной очередью бритоголового бугая. На противной физиономии Сергея за секунду сменилась целая гамма чувств: удивление, растерянность, страх и, наконец, паника.
– И-и-и, – пронзительно заверещал он, выронив дубинку с дипломатом. В два прыжка сорвав дистанцию, я рубанул вислобрюхого ребром ладони сбоку по шее [30] . Потеряв сознание, он вязко, как мешок с жидким дерьмом, впечатался в пол.
– Слава богу, прибыли. А я уж думал – сдохну под пытками, – вымученно улыбнувшись, прохрипел Корень. Кирилл поспешно освободил брата от веревок. Стиснув зубы, Владислав принялся непослушными руками натягивать одежду.
– Где твои парни? – спросил я.
30
Этот удар мало опасен для жизни и приводит к потере сознания, лишь когда он приходится по яремной вене, сонной артерии или блуждающему нерву.