Шрифт:
— И скажу, чего ж тут…
— Данилыч, выключай! Две ракеты — готовить к вылету!
Беднов и сам теперь видел два зеленых шарика над КП полка. Со всех сторон к самолетам бежали летчики, техники, стрелки. Данилыч, пыхтя и покряхтывая, стал выбираться из кабины: сейчас прибежит Георгий, а он заминок не любит…
И тут кто-то саднящим душу голосом закричал: «Во-о-здух!»
Наталья выбралась на крыло и, держась за фонарь кабины, посмотрела вверх: десятка два «лаптежников» — Ю-87, перестраиваясь на ходу в цепочку, подходили к границе аэродрома. Сверху их прикрывала большая, группа «мессершмиттов».
Наташа спрыгнула в узкую щель за самолетным домиком. Там уже был Беднов. Тяжело дыша, он опасливо поглядывал вверх, то и дело повторяя: «Вот штрундели, вот колбасники проклятые!..»
Сверкнув сизым опереньем, первый «юнкерс» полупереворотом вошел в пике, показывая хищный излом своих крыльев. За ним — второй, третий… С нарастающим воем к земле полетели бомбы.
До первого взрыва Георгий успел спрыгнуть в щель.
— Наташка! — крикнул Дворников. — Ведь этих привели те самые три мессера, что мы с тобой не добили!
Ахнула и качнулась земля. Черные фонтаны разрывов в дикой пляске пошли гулять по полю.
— Ничего, в капонир угодить не просто, — утешал вслух себя Беднов. — А в щель-то, поди, еще мудренее…
Георгий, присев на корточки и задрав голову, наблюдал, как подоспевшие «яки» схлестнулись с «мессерами».
Часть наших «ястребков» прорвалась к «юнкерсам» — и вот один из «лаптежников» уже горит. Черная траурная лента дыма уныло тянется за ним к земле…
Снова заход. Теперь бомбы ложатся совсем близко от их капонира. Одна из них попадает прямо в техническую землянку. Веером разлетаются доски, приспособления, инструмент. Горящая канистра с бензином пылающим факелом летит в сторону капонира и в трех метрах от него падает на чехлы, охватив их пламенем.
Георгий, высунувшись из щели, сразу понял, что пришла беда: пламя вот-вот может перекинуться на самолет. Но пока он лихорадочно предполагал, что и как следует предпринять, Наташа пружинисто выпрыгнула из щели и, пригнувшись, придерживая на ходу пистолет, бросилась к огню.
— Стой! Наталья, куда же ты, глупая! — запричитал Данилыч. И сам тут же, покряхтывая, выбрался из щели, трусцой направился к капониру. Его обогнал Георгий, крикнув на ходу:
— Давай, старик, жми за огнетушителями! Живо! Наташа набросила на огонь сухой брезент, топча
его ногами и пытаясь заглушить пламя. Подбежали Дворников и Беднов.
Разбив капсюли огнетушителей, они направили пенные струи на пламя.
Отбросив в сторону пустой огнетушитель, Дворников посмотрел вверх и увидел, как «лаптежники» уже выходят из последней атаки. Черные капельки бомб вновь неслись к земле.
— Назад! В укрытие! — крикнул Георгий, поворачиваясь к щели.
Он слышал за своей спиной шумное дыхание Наташи. А где Беднов?
— Данилыч, душа из тебя вон, пошевеливайся! — крикнул он, оборачиваясь на ходу.
Где-то совсем рядом с тяжелым стоном разорвалась бомба.
Георгий обернулся и увидел, как Беликова, упав, перекатывалась с боку на бок, пытаясь подняться.
Они вдвоем с Бедновым затащили ее в щель. Георгий, вытащив нож, распорол Наталье на плече мокрую от крови гимнастерку и, оторвав кусок от своей рубахи, приложил его к рваной глубокой ране, туго обмотал им плечо и предплечье.
Лицо у Натальи бледное, на лбу испарина. Посиневшие губы плотно сжаты. По всему видно — шок.
Немцы ушли. Теперь можно выбраться из укрытия. Дворников встал в полный рост. Над их разрушенной технической землянкой курился жиденький дымок. За аэродромом невдалеке от разбитого Жориного «ила» догорали два «юнкерса».
Над стоянками стоял звенящий гул запускаемых моторов. Плотным строем в сторону Белгорода прошел полк Пе-2. Пора…
Георгий, оставляя Беднова с Наташей, строго наказал:
— Смотри мне, старина, от нее ни на шаг! Сейчас пришлют санитарную машину.
Дворников прибежал к своему новому самолету, с помощью Цыбуленко запустил мотор и, включив радиостанцию, запросил:
— «Байкал». Я Седьмой. Ранен стрелок. Прошу срочно санинструктора и замену на вылет!..
Первый самолет замполита майора Изотова уже порулил на старт. Иван Алимкин с тоской посмотрел ему вслед: «Идут в бой…» Он спешил к стоянке Дворникова в надежде увидеть Наташу. Ведь ему нужно отдать ей письмо, но, подойдя к самолету Георгия, он увидел, что в задней кабине сидит другой стрелок, из новеньких. Георгий кивнул из кабины Ивану в сторону траншеи, и тот, заметив механика, склонившегося над Наташей, сразу все понял. Подъехала санитарная машина, Иван вместе с Бедновым помог фельдшеру старшему лейтенанту Симановской перевязать рану и уложить Наташу на носилки. Беднов, растерянно моргая, принял от Симановской пистолет Беликовой. Наташа открыла глаза и, увидев Алимкина, с трудом улыбнулась.