Лютиков утвердительно кивнул.

– Пробейся к трибуне и… ну ты сам понимаешь!

Генка сработал классно, не хуже профессионального диверсанта. Никто не заметил, как он ухитрился разбрызгать «Элчелют», даже я. Эликсир начал действовать, когда Петрыкин завершил свой вдохновенный монолог и принялся отвечать на вопросы граждан.

– Вы обещали, что если снова займете пост главы районной администрации или станете депутатом городской думы, то первым делом позаботитесь об улучшении условий жизни пенсионеров и беднейших слоев населения, в частности, многодетных семей. Вы говорили, что приложите все усилия для увеличения и своевременности выплаты пенсий и детских пособий, – пропищал седенький, сухонький дедок. – Мы вам верим и поэтому готовы… – Окончить фразу старичок не успел, прерванный гомерическим хохотом господина Петрыкина.

– Ой не могу! – надрывался Николай Борисович. – Уморил, старый дурак! Да нужны вы мне как рыбе зонтик! Мудак ты тупорылый. В первую очередь я позабочусь о своем кармане, а также о создании наиблагоприятнейших условий для деятельности «Жуликомбанка», принадлежащего моему зятю и финансирующего мою избирательную кампанию. Именно туда пойдут ваши пенсии да пособия! Гы-гы-гы!!! А вам придется ждать их минимум полгода, если вообще получите! – В зале повисла недоуменная тишина. Дедок, слабо охнув, схватился за сердце, а господин Арбузов от удивления так широко разинул рот, что едва не вывихнул челюсть.

– Чего вытаращились, кретины?! – гнусно ухмыльнулся Петрыкин ошарашенной публике. – Хорошей я вам лапши на уши навешал?! Хе-хе! Это еще цветочки! Ягодки будут впереди! Вот выберете меня – до конца весь район разворую! – Николай Борисович снова захохотал, хрюкая и подвизгивая от удовольствия. Холеное лицо налилось кровью, глаза выкатились из орбит. – Ну, бери интервью, – немного успокоившись, обернулся он к корреспонденту. – Отрабатывай денежки, которые я тебе заплатил!

Однако на корреспондента, видимо, тоже подействовал эликсир.

– Заплатил! – презрительно фыркнул он. – Лысый жлоб! Скотина безрогая! Сунул жалкую штуку баксов, и это называется «заплатил»?! У нас серьезное издание, с огромным тиражом, пользующееся доверием у читателей, а не какой-нибудь грошовый бульварный листок! Давай десять, и я из тебя ангела во плоти сделаю, невзирая на всю ту хреновину, что ты сейчас наболтал, а иначе…

– Тварь бессовестная! – с ненавистью прошипел Петрыкин и полез в карман за деньгами. Тут зрители наконец опомнились. В зале послышались негодующие выкрики, свист, улюлюканье и громкая матерная ругань. В опасной близости от головы господина Петрыкина пролетел огрызок яблока.

– Господа, господа, прошу сохранять спокойствие! – бегая по проходу, ведущему к сцене, заголосил присутствующий здесь же начальник местного отделения милиции полковник Хвостов. – Николай Борисович нездоров. У него высокая температура, он бредит. Вчера слишком много работал и…

– Ага, работал!!! – демонически оскалился Петрыкин. – В сауне с девочками! Вместе с тобой, кстати! А хочешь спокойствия – вызывай наряд ментов с дубинками, да поживее! Ты у меня во где, – тут он потряс в воздухе крепко сжатым кулаком. – Дачу-то я тебе построил за казенные деньги, а будучи главой администрации, ежемесячно отстегивал солидный куш за счет взяток да заимствований из районного бюджета! Думаешь, у меня нет на тебя компромата?! Есть, милый, с избытком! Например, видеозапись, как ты трахаешь четырнадцатилетнюю соплячку. Что, съел, мусор поганый?! Побледнел?! Но это далеко не все!.. Я… Ой, твою мать!!!

Прямо в лоб Николаю Борисовичу врезался не первой свежести дряблый помидор и растекся по физиономии красной жижей.

– Вызывай наряд, ублюдок ментовский!!! – истошно заверещал Петрыкин. – Сгною!!! Погублю!!! Карьеру испорчу!!!

Полковник Хвостов рванулся к выходу, но было поздно. Здоровенный, медвежеподобный мужчина сбил его с ног и принялся втаптывать в пол, а на сцену ломанулась разъяренная толпа. На завывающего дурным голосом Петрыкина обрушился град ударов и проклятий.

– Ё-мое! – прошептал смертельно бледный Арбузов. – Кто бы мог подумать!!! Ну, дятел!!! Ну, кретин!!! Так, ребята, линяем по-тихому отсюда, пока граждане не опознали во мне петрыкинского дружка!!!

Не заставляя себя долго упрашивать, мы с Генкой схватили перепуганного шефа в охапку, с трудом пробились сквозь бушующие в праведном гневе народные массы, выбрались из ДК и запихнули Арбузова в машину…

– Ж-ж-жми!!! – осевшим голосом приказал он шоферу.

Разбрызгивая по сторонам грязь, «Мерседес» резко рванулся с места…

У себя в офисе Виктор Павлович залпом осушил полный стакан коньяка, отдышался и лишь тогда более-менее очухался.

– Игорь, я, наверное, сплю?! – с надеждой спросил он меня. – Нет? Очень жаль! Ладно, иди…

У нас с Генкой хватило ума не говорить Арбузову, кто являлся истинным виновником случившегося, но, к сожалению, ума хватило только на это. Лютиков сиял, как начищенный самовар.

– Действует! Действует! Действует! – словно восторженный попугай, повторял он. Я же, вспоминая откровения подлюги Петрыкина, периодически разражался злорадным хохотом. Короче, мы оба вошли во вкус и твердо решили продолжать наши опасные эксперименты…