Шрифт:
Я вошел.
«И что мне здесь делать?»
«Стеречь свои доспехи. Всю ночь.»
«Допустим, – сказал я, подходя к грудам. – А зачем?»
«Это мне неизвестно.»
Я поднял щегольскую белую кирасу, в которой стал бы похож на сэра Галахада. Как на меня сделана!.. Я покачал головой, положил кирасу на место. Перешел к другой куче, поднял странноватого вида стальную перчатку. Тут же бросил ее, переворошил кучу. Все тоже на меня. Только…
«В чем дело, Мерлин?»
«Белое, – сказал я, – судя по всему, придется мне впору прямо сейчас. Черное – подобно тому, что носят во Дворе, и, полагаю, будет мне впору в моем хаосском обличье. То есть оба комплекта на меня, но для разных обстоятельств. Однако я могу надеть либо один, либо другой. Который мне стеречь?»
«Полагаю, в этом-то вся и соль. Похоже, ты должен сделать выбор.»
«Конечно! – Я щелкнул пальцами, не услышал ничего. – Какой я тупица, если мой же шнурок должен объяснять мне очевидные вещи!»
Я плюхнулся на колени, сгреб доспехи в одну безобразную кучу.
«Раз уж стеречь, – сказал я, – так буду стеречь обе. Не желаю ничего выбирать.»
«Мне кажется, кое-кому это придется не по вкусу,» – отвечала Фракир.
Я отступил на шаг и обозрел кучу.
«Объясни мне еще раз про это ночное бдение, – попросил я. – Что от меня требуется?»
«Сидеть до рассвета и стеречь оружие.»
«От кого?»
«Полагаю, от любых посягательств Силы Порядка…»
«…или Хаоса.»
«Я понимаю, куда ты клонишь. Кто угодно может подкрасться и что-нибудь ухватить из кучи.»
Я сел на скамью у дальней стены, между двумя входами. Приятно было расслабиться после утомительного подъема. Однако какая-то мысль не давала покоя. Наконец я спросил:
«К чему все это?»
«О чем ты?»
«Сидеть ночь напролет и глядеть на кучу железок. Допустим, кто-нибудь правда войдет и попробует что-нибудь взять. Допустим, я даже его убью. Наступает утро, оружие по-прежнему здесь, я по-прежнему здесь. Что дальше? Что я выиграл?»
«Ты должен будешь облачиться в доспехи, препоясаться мечом и идти дальше.»
Я подавил зевок.
«Знаешь, мне это как-то ни к чему, – сказал я, немного помолчав. – Я не ношу доспехов, и меня вполне устраивает мой меч. – Я похлопал рукой по эфесу. Он показался непривычным, как, впрочем, и все в этом странном мире. – Почему не оставить железяки здесь и не двинуться к следующему испытанию? В чем оно, кстати, состоит?»
«Не знаю. Логрус заложил в меня информацию таким образом, что она всплывает по мере развития событий. Например, я не знала про эту пещеру, пока ее не увидела.»
Я потянулся, сложил руки на груди. Прислонился к стене, вытянул ноги, скрестил их.
«Значит, мы должны торчать здесь, пока тебя снова не осенит.»
«Верно.»
«Разбуди меня, когда все кончится,» – сказал я и закрыл глаза.
Запястье резануло почти болезненно.
«Эй, так нельзя! – воскликнула Фракир. – Весь смысл в том, чтобы ты сидел и смотрел.»
«Ну и дурацкий смысл, – сказал я. – Я отказываюсь играть в эти глупые игры. Если кому-то нужны эти доспехи, пусть берет, я еще и приплачу.»
«Валяй, засыпай. Но что, если кто-то придет за доспехами и решит для начала тебя убрать?»
«Во-первых, – ответил я, – мне не верится, что кто-то польстится на груду средневекового железного лома. А во-вторых, это твое дело – предупреждать меня об опасности.»
«Есть, командир. Только вот место непривычное, что, если оно как-то ослабило мои способности?»
«Ты уже взрослая, – сказал я, – как-нибудь выкрутишься.»
Я задремал. Мне снилось, что я стою в заколдованном круге, куда все пытаются проникнуть. Касаясь преграды, они оборачивались ходульными, карикатурными персонажами и сразу пропадали – все, кроме Корвина из Амбера, моего отца, который чуть заметно улыбнулся и покачал головой.
– Раньше или позже, но тебе придется отсюда выйти, – сказал он.
– Тогда пусть это будет позже, – отвечал я.
– И все твои сложности останутся при тебе.
Я кивнул:
– Зато я отдохну.
– Что ж, это компромисс. Удачи.
– Спасибо.
Затем сон распался на несвязные образы. Помню, я вроде бы стоял вне круга и гадал, как в него вернуться…
Не скажу наверняка, что меня разбудило. Уж конечно, не шум. Просто я ни с того ни с сего оказался на ногах, совершенно бодрый, и первое, что увидел перед собой, – рябого карлика, который, стиснув свое горло, неподвижно лежал возле кучи с оружием.
«Что происходит?» – попытался спросить я.
Тишина.
Я подошел к лежащему крепышу, встал на колени, поискал на горле пульсирующую жилку, но так и не нащупал. И в тот же миг мне защекотало запястье – Фракир, попеременно становясь то зримой, то незримой, вползла на свое место.
«Это ты его так?» – спросил я.
Она легонько затряслась:
«Самоубийцы не душат себя сами.»
«Почему ты меня не разбудила?»
«Тебе надо было отдохнуть, а я отлично справилась сама. Однако наше сопереживание слишком сильно. Извини, что разбудила.»