Анна вздрагивала, когда родители говорили гостям о своей галерее. Вздрогнула она и теперь, когда ей пришлось солгать Джо.

— Из-за чего это ты дрожишь: из-за отвращения ко мне или от страсти? — спросил Джо.

— О, это необузданная страсть! — ответила Анна, удивляясь тому, как легко ей удается лгать самому привлекательному мужчине во всем Лондоне и думать при этом не о нем, а о стене в гостиной родительского дома.

А ведь перед серебряной свадьбой надо еще украсить дом. Наверное, будет много картонных колокольчиков и серебряной мишуры. Будут раскрашенные серебряной краской цветы. Будет звучать пленка с записью «Свадебного вальса». Будут подоконники, заваленные поздравительными открытками, которых наверняка будет так много, что их придется склеивать в ленты, как на Рождество. Будет торт с традиционными украшениями и пригласительные билеты с серебряным обрезом. Все это кружилось в голове Анны. Родители рассчитывают на своих детей — на Анну, Хелен и Брендана.

Но прежде всего на Анну.

И это должна будет сделать она.

Анна повернулась к Джо и поцеловала его. Больше она могла не думать о предстоящей годовщине. Она будет думать о ней завтра, на работе, в книжном магазине.

Она просто не могла больше думать об этом, ведь рядом находился гораздо более приятный предмет для размышлений.

— Так-то лучше, а то я уже решил, что ты собираешься заснуть, — сказал Джо Эш и привлек Анну к себе.

Анна Дойл работала в маленьком книжном магазинчике «Книги для всех», которому весьма благоволили многие авторы, издатели и средства массовой информации. Все они не уставали повторять, что это особый книжный магазин, ничуть не похожий на все эти громадные бездушные книжные супермаркеты. Втайне Анна не вполне была согласна с ними. Слишком уж часто в течение рабочего дня приходилось ей отказывать людям, которые заходили приобрести новейший бестселлер, расписание электричек или поваренную книгу. И каждый раз Анне приходилось направлять их в другой магазин. Анна понимала, что, несмотря на название, ее магазин специализировался вовсе не на общедоступных, пользующихся широким спросом книгах, а на изданиях, посвященных скачкам, профессиональной психологии, стихах, путеводителях, социологических брошюрах и политических памфлетах.

Год назад она попыталась уйти, но как раз в это время познакомилась с Джо. А когда Джо решил, что останется с ней, пришлось считаться с тем, что работы у него тогда не было.

Джо что-то делал там, что-то здесь и всегда был при деньгах. Во всяком случае, их было достаточно, чтобы купить Анне какую-нибудь премиленькую индийскую шаль, очаровательный бумажный цветок или разыскать самое модное грибное блюдо среди всех деликатесов Сохо.

Зато не было денег, чтобы заплатить за квартиру, телевизор, телефон или электричество. Со стороны Анны было бы слишком большой глупостью бросить в такой момент привычную, приносящую стабильный доход работу, не имея в запасе лучшего варианта. И Анна осталась в «Книгах для всех», несмотря на свою ненависть к этому названию, решив для себя, что большинство покупателей книг к категории «все», так или иначе, не принадлежит. Ее коллеги были людьми, приятными во всех отношениях, но при этом Анна никогда не встречалась с ними вне службы, за исключением отдельных случаев вроде поэтических встреч или благотворительных вечеров наподобие того, с вином и сыром, организованного в поддержку актеров соседнего театра, на котором она и познакомилась с Джо Эшем.

Рано утром в понедельник Анна была на работе. Самое подходящее время, чтобы поразмыслить о чем-то своем или ответить на письма. В магазине работало всего несколько человек, и у каждого был свой ключ. Анна отключила сигнализацию, подобрала с коврика перед дверью пачку бумаг. Всего лишь реклама. Почтальон еще не приходил. Включив кофеварку, она бросила взгляд в висевшее на стене зеркало. Собственные глаза показались ей громадными и встревоженными. Анна задумчиво смотрела на свое изображение. Она выглядела бледной, а под карими глазами совершенно определенно проступали тени. Волосы схвачены широкой розовой лентой, в точности подходившей под цвет блузки. Она подумала, что если не будет делать легкий макияж, то скоро начнет пугать своим видом окружающих.

Было время, Анна собиралась обрезать волосы. Она уже договорилась, что ей сделают прическу в неком шикарном заведении, обслуживавшем даже членов королевской семьи. Одна из девушек, работавшая в этом салоне стилисткой, приходила к ним в магазин. Она обещала, что сделает Анне скидку. Но как раз в тот вечер Анна познакомилась с Джо, а он сказал, что у нее чудесные волосы, и она решила, что ни за что не будет стричься.

Как и теперь, он спросил ее тогда, о чем она думает. Но тогда она сказала ему правду. О том, что собиралась на следующий день постричься.

— Даже и не думай, — возразил Джо, и они договорились пойти вместе в греческий ресторан, чтобы обсудить эту тему подробно.

И вот они сидели вдвоем посреди теплой весенней ночи, он рассказывал ей о своих актерских работах, а она ему — о своей семье. О том, что живет на квартире, отдельно от родителей, потому что почувствовала, что стала слишком зависимой от них, слишком втянутой во все, что происходит с семьей. Но по воскресеньям, а то и среди недели, она обязательно появляется в родительском доме.

Джо с интересом смотрел на нее. Он никогда не встречался прежде со взрослыми людьми, которые по два раза в неделю возвращаются в семейное гнездо.

Сначала они встречались у него на квартире, потом — у нее, потому что в ее квартире им было гораздо удобнее. Он коротко и сухо рассказал ей о Дженет и двух мальчиках. Анна же рассказала Джо о преподавателе из колледжа, в которого она была когда-то безумно влюблена, и о том, что любовь эта свелась всего-навсего к получению диплома без отличий и к огромному чувству утраты.

Джо очень удивился, что она рассказала ему эту историю. Ведь дело не дошло здесь до совместного имущества или общих детей. О Дженет же он сообщил Анне только потому, что формально до сих пор был на ней женат. Анне хотелось бы рассказать ему обо всем, но Джо отнюдь не намерен был все это выслушивать.

Было бы вполне логично, если бы они стали, в конце концов, жить вместе. Но Джо не настаивал на этом, а Анна просто не могла себе представить, что бы она ответила, предложи ей Джо переселиться к нему. Было бы так сложно объяснить это матери и отцу. Но однажды, после приятно проведенных вдвоем выходных, она решила спросить у Джо, как он отнесется к тому, чтобы перебраться в ее маленькую квартирку на первом этаже дома в Шепердс-Буш.