Шрифт:
– Мы Силу лишь втроем найдем и с ней свободу обретем! Мы Силу лишь втроем найдем и с ней свободу обретем!
Не прекращая повторять заклинание, сестры увидели, как смерч перекинулся на Джереми, подняв его в воздух и откинув назад.
Молнии становились ярче, гром гремел все оглушительнее, сестры продолжали декламировать все громче и громче, стремясь перекричать разыгравшуюся бурю.
Пыльный смерч смял тело колдуна, и тот скорчился от боли. Вскоре Джереми скрутило так, что он уже сам превратился в вихрь. В потоках пыли его стало невозможно разглядеть.
– Мы Силу лишь втроем найдем и с ней свободу обретем! Мы Силу лишь втроем найдем и с ней свободу обретем! – продолжали скандировать сестры.
Вихрь издал громкий вой. В центре его возникло огромное змееподобное существо.
Фиби вскрикнула, увидев, что у этой твари лицо Джереми.
– Я не один! Я – один из миллионов! – завопил колдун. – Мы – повсюду! Мы – это ад на земле!
– МЫ СИЛУ ЛИШЬ ВТРОЕМ НАЙДЕМ И С НЕЙ СВОБОДУ ОБРЕТЕМ! – Сестры выкрикивали заклинание так быстро и громко, как только могли. – МЫ СИЛУ ЛИШЬ ВТРОЕМ НАЙДЕМ И С НЕЙ СВОБОДУ ОБРЕТЕМ!
– Вы никогда не будете в безопасности! – пригрозил Джереми. – Вам никогда не обрести свободу!
Он зарычал в последний раз и. взорвался. Вместе с ним бесследно исчез и пыльный вихрь.
Громы и молнии прекратились.
Сестры увидели, что стоят посреди чердака, держась за руки.
Потрясенная Фиби никак не могла привести в порядок дыхание.
– Вот что такое Сила Трех, – произнесла Прю.
Сестры обессиленно сползли на пол и обнялись.
«Мы спасены, – подумала Фиби, – но надолго ли?»
ГЛАВА 20
На следующее утро Прюденс проснулась в своей постели и потянулась. Она проспала всю ночь на удивление спокойно и теперь чувствовала себя полностью отдохнувшей. И тут ей вспомнились события прошедшей ночи.
«Теперь моя жизнь в корне изменится, – подумала Прю, откидывая одеяло и вставая. – Больше я не буду прежней. Раньше меня занимали лишь работа, любовь и забота о сестрах. А теперь мне придется думать о целой Вселенной, заполненной злом. О колдунах, пытающихся меня прикончить. О том, как творить добро с помощью моей силы. А также по-прежнему – о работе, любви и сестрах».
Она быстро приняла душ, натянула красную тенниску и хлопчатобумажные брюки. Затем спустилась вниз за газетой. Сестры все еще спали.
Прю открыла входную дверь, ступила за порог и подняла газету, лежавшую на коврике.
– Доброе утро.
Подняв глаза, девушка увидела Энди, стоящего у крыльца.
На нем был темный костюм, белая рубашка и синий галстук. В руках Энди держал высокий бумажный стакан с кофе.
– Вот так сюрприз! – произнесла Прю и подумала: «Как же здорово, что он заглянул сюда! Он не колдун, то есть скорее всего».
После случая с Джереми она понимала, что больше нельзя быть ни в ком уверенной. Теперь нужно развивать интуицию и пытаться лучше разбираться в окружающих. Но в отношении Энди ее интуиция не подсказывала ничего дурного.
«Я обращалась с ним ужасно, – поняла Прю. – Но ведь он тоже вел себя очень странно, не случайно вызывал подозрения. Надо, наверное, извиниться, но как? Как объяснить ему мое поведение?»
Она уселась на верхнюю ступеньку, сжимая газету в руке. Энди опустился рядом.
– Как ты здесь очутился в такую рань? – начала она издали.
– Ну... – он вздохнул. – Я пришел пригласить тебя на ужин сегодня. И завтра. И послезавтра. Если ты, конечно, не испугаешься.
– Чего испугаюсь? – удивилась Прю.
– А разве ты не испугалась меня вчера? Улепетывала с такой скоростью, что мне до сих пор не понять, что же я сделал не так.
– Нет, Энди, – попробовала объяснить Прю. – Ты ничего плохого не сделал.
Она опустила глаза, чувствуя, что приятель пристально разглядывает ее.
– Ладно, – сказал наконец Энди. – Так как же с сегодняшним ужином? Может, встретимся в восемь у ресторана «Франческа»?
Прю хотела было согласиться и уже открыла рот, но что-то ее остановило. Желание поужинать со старым приятелем было велико. Но к чему оно приведет? Какие могут быть последствия?
Даже если Энди не колдун, то она уже не та, прежняя. Теперь она ведьма. Ее жизнь никогда не будет иной.
«Я не могу признаться, что я ведьма, – подумала она. – И не могу выказывать свою любовь. Тогда что это будут за отношения?»