Стивен . Агнер. Агнец. Агнец из Лондона, вземлющий грехи мира [1751] .

Линч (обнимая Китти на диване, звучно затягивает). Dona nobis pacem [1752] .

Сигарета выскальзывает из пальцев Стивена. Блум поднимает ее и бросает в камин.

Блум . Лучше не курить. Вам нужно поесть. Если бы не тот окаянный пес. (Зое.) У вас ничего не найдется?

Зоя . А что, он голодный?

Стивен (с улыбкой простирая к ней руку, выводит на мотив клятвы из «Гибели богов» [1753] ): Hangende Hunger, Fragende Frau, Macht uns alle kaput [1754] .

Зоя (трагически). Гамлет, я нюх родного твоего отца! (Берет его за руку.) Красавчик голубоглазый, дай погадаю по руке. (Показывает на его лоб.) Нет морщин – нет ума. (Считает.) Два, три, Марс это храбрость. (Стивен качает головой). Детей нет.

Линч . Молодец среди овец. Мальчик, который не умел бояться [1755] . (Зое.) Кто тебя научил хиромантии?

Зоя (оборачиваясь к нему). Спроси мои муде, которых у меня нет. (Стивену.) Я по лицу вижу. Глаза вот такие. (Она нагибает голову и хмурит лоб.) Линч (со смехом дважды шлепает Китти по заду). Осердясь. Розгой хлясь.

Дважды слышен свист розги. У гроба пианолы крышка резко откидывается, оттуда, как чертик из бутылки, выскакивает круглая лысая маленькая головка отца Делана [1756] .

Отец Долан . Кто тут захотел розги? Ты разбил очки? Маленький ленивый выдумщик. По глазам вижу.

Милостивая, снисходительная, начальственная, укоряющая голова ректора Джона Конми поднимается из гроба пианолы.

Ректор Джон Конми . Ну полноте, отец Долан. Полноте. Я уверен, что Стивен хороший мальчик.

Зоя (разглядывая ладонь Стивена). Женская рука.

Стивен (шепчет). Продолжай. Лги. Прижмись. Ласкай меня. Я никогда не мог прочесть Его почерк, если не считать дактилоскопии Его большого пальца на пикше [1757] .

Зоя . В какой день ты родился?

Стивен . В четверг. Сегодня.

Зоя .

Четверговое дитя

далеко пойдет шутя [1758]

(Смотрит линии у него на руке.) Линия судьбы. Влиятельные друзья.

Флорри (показывает). Воображение.

Зоя . Бугор Луны. У тебя будет встреча с… (Вдруг резко уставившись в ладонь.) Про плохое я тебе не скажу. Или все равно хочешь знать?

Блум (отводит ее пальцы и подставляет свою ладонь). Вреда больше, чем пользы. Вот, почитай мою.

Белла . Покажите-ка. (Повернув руку Блума к себе.) Так я и знала. Узловатые пальцы, бабник.

Зоя (разглядывает ладонь Блума). Решетка. Дальняя морская дорога и женитьба на деньгах.

Блум . Не сходится.

Зоя (с живостью). Ага, вижу. Короткий мизинец. Твоя наседка тебя совсем заклевала. Опять не сходится?

Чернушка, большая наседка, высиживающая яйцо в меловом кругу, поднимается, расправляет крылья и кудахчет.

Чернушка . Куд-куда ко-ко-коо. (Боком отходит от снесенного яйца и вперевалочку удаляется.) Блум (показывая на свою руку). Шрам это несчастный случай. Двадцать два года назад упал и порезался. Мне было тогда шестнадцать.

Зоя . Вижу, сказал слепой. Ты нам чего поинтересней.

Стивен . Видишь? Движется к единой великой цели. Мне тоже двадцать два. Шестнадцать лет назад я двадцатидвухлетний шлепнулся, двадцать два года назад он шестнадцатилетний упал со своей лошадки. (Морщится.) Ушиб где-то руку. Надо пойти к зубному. А деньги?

Зоя шепчется с Флорри, обе хихикают. Блум высвобождает руку и рассеянно выводит по столу медленные каракули с обратным наклоном.

Флорри . Что-что?

Кэб номер триста двадцать четыре, запряженный кобылкой с вызывающим задом, на козлах Джеймс Бартон (Хармони авеню, Доннибрук), резво катит мимо. На сиденьях развалились Буян Бойлан и Ленехан. Сзади на запятках примостился коридорный из «Ормонда». Печально поверх занавесок глядят Лидия Дус и Майна Кеннеди.

Коридорный (подскакивая на запятках, показывает им нос). У кого-то зачесалось, заче-заче-зачесалось!