Шрифт:
Я присела и, посмотрев в холодные и кажущиеся пустыми глаза женщины, сказала:
– Анжелика Константиновна, может быть, это даже и к лучшему, что Иннокентия Станиславовича нет и мне довелось увидеться с вами. Вы же все-таки тоже имели отношение к Наташе? Хотя бы только потому, что она дочь вашего мужа.
– Вот именно! – подняв изящный указательный пальчик, украшенный перстеньком с бриллиантами, подчеркнула Анжелика Константиновна. – Только поэтому. Я давно уже не виделась с Наташей. Общение наше ограничивалось поздравительными звонками по праздникам и передачей подарков. Их всегда отвозил Иннокентий Станиславович. Так что, боюсь, вы напрасно тратите на меня свое время. Я ничего не могу вам сказать о Наташе.
– Ну, разговоры о ней наверняка неизбежно возникали между вами и мужем, – заметила я. – Хотя бы вскользь.
– Все разговоры, – отчеканила Анжелика Константиновна, – в основном сводились к проблеме денег. Это было мне настолько неинтересно, что я старалась их не поддерживать. Иннокентию Станиславовичу прекрасно известно мое мнение по этому вопросу – у Наташи были слишком большие аппетиты, она потеряла всякие понятия о приличиях, и я считала, что мужу следует просто ограничить ее в средствах. Кстати, против подарков ее сыну я никогда не возражала.
Анжелика Константиновна замолчала, видимо выжидая, что дальше скажу я. Я сразу перешла к конкретике:
– А вы не в курсе, незадолго до своей гибели Наташа не просила у отца денег?
– Конечно, в курсе. Иннокентий Станиславович еще был очень недоволен.
– А какую сумму и на что?
– Она сказала, что собирается поехать на курорт. На мой взгляд, полная чушь. Во-первых, какой курорт посреди зимы? А для поездки на Красное море требуемая ею сумма была слишком мала. Да и отпуск у нее только в мае, так что… На мой взгляд, это была одна из ее многочисленных отговорок.
– Но она как-то отчиталась перед отцом за эту сумму? Или это вообще было не принято между ними?
– Поначалу было не принято. Но когда Наташа стала просить слишком часто и помногу, Иннокентий, естественно, стал интересоваться. Все ее траты были просто транжирством. Знаете, в нашей семье доход существенно выше среднего, и то мы не позволяем себе так бездумно тратить деньги. Иннокентий Станиславович не скуп, но бережлив. И я придерживаюсь тех же принципов.
Анжелика Константиновна достала из пачки тоненькую сигарету и закурила, стряхивая пепел в миниатюрную хрустальную пепельницу.
– Ну что, я ответила на все ваши вопросы? – с вежливой улыбкой спросила она.
– Еще только один, – успокоила я ее. – Где вы были в то утро, когда убили Наташу Белокопытову?
Тонкие, выщипанные брови Анжелики Константиновны поползли вверх.
– Что-о-о-о? – протянула она, поднимаясь. – Ну знаете, это уже выходит за рамки приличий! Я согласилась вас принять, а теперь вынуждена сносить от вас оскорбления?
– Анжелика Константиновна, но я ничем вас не оскорбила. И подобные вопросы задаются всем людям, имеющим отношение к Наташе. Вы же понимаете, человек убит.
– Я уже объясняла вам, что практически никакого отношения к ней не имела, – холодно ответила жена Белокопытова. – А что касается вашего вопроса, то в то утро я была дома.
– Одна?
– Да, одна, – едва сдерживая себя, ответила Анжелика Константиновна. – А теперь извините, у меня есть свои дела.
– Да, конечно, – я встала. – Я вам очень признательна за откровенную беседу.
– Не за что, – холодно сказала Анжелика Константиновна, провожая меня до двери. – И вообще-то я намерена сообщить мужу о вашем посещении. Не думаю, что он останется доволен.
– Ради бога, – широко улыбнулась я. – Я и сама не собираюсь скрывать это от кого бы то ни было.
Я осталась удовлетворена посещением Белокопытовых. Во-первых, главное я узнала – деньги Наташа просила, и это подтверждает правоту слов Валеры Скамейкина. А во-вторых, Иннокентий Станиславович был вне подозрений, и мне говорить с ним не было смысла. К тому же он изначально воспринял мою кандидатуру как частного детектива в штыки.
Глава седьмая
Приехав домой вечером и поужинав купленной по дороге курицей гриль – в кафе-то, где меня так глупо подставили, я больше не хожу! – я решила все обдумать. Вроде бы все версии были отработаны, выяснен круг знакомых убитой и мотивы, по которым кто-то мог желать ей зла. Аркадий, Настя, Валера Скамейкин – эти подозревались в первую очередь, но двух первых я решила откинуть в силу психологических мотивов, а последнему, как выяснилось, было это просто невыгодно. Оставался Коробейников и вся эта санэпидемстанционная мафия, но и он категорически отрицал свою причастность к убийству.