Но не это обстоятельство поразило Короткова. К своему ужасу, он обнаружил, что в груди Веселовского торчит нож.

– Что это? – оторопев, пробормотал он, решив, что судьба, и так сыгравшая с ним злую шутку, испытывает его еще раз. Теперь так уж просто издевается над ним.

Но не учит история ничему. Не меняются люди, не умнеют. С удвоенной энергией они исполняют танец на граблях. Постояв несколько секунд в замешательстве, Виталий Владимирович подошел к недвижимому Альберту и схватился рукой за нож. В этот момент торжествующий Веселовский издал победный крик и резко поднялся, схватив Короткова за руку.

– Это же просто губка, Виталий! – хохотал он, крутя перед носом ошалевшего Короткова бутафорским ножом, воткнутым в губку для ванной, которую он, в свою очередь, прятал в складках халата.

Коротков на некоторое время потерял дар речи. Потом, постепенно понимая, как разыграл его Веселовский, начал багроветь и сказал:

– Я так понимаю, что… гонорар за эту роль не получит никто. Меня интересует только одно – с ролью отца семейства все тоже было шуткой?

– Нет-нет, это вполне серьезно. Сейчас придет Илья, мой помощник, – он тут в магазин побежал за водкой, тебя отпаивать после пережитого. Вот он вернется, мы выпьем, и ты приступишь к знакомству со сценарием.

– Да… Я всегда говорил, что людям доверять нельзя. Нельзя! – качая головой, отрезал Коротков и, круто повернувшись, вышел в коридор.

– Куда же ты, Виталий? – искренне удивился Веселовский, но Коротков не остановился.

Альберт закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Да уж, – пробормотал он. – Совсем человек потерял чувство юмора… М-да… Вот что значит провести несколько дней в СИЗО! Надо будет компенсировать ему моральный ущерб…

Коротков тем временем вышел на улицу, но морозный, солнечный день уже не радовал его. Он искренне считал Альберта своим единственным надежным другом. И вдруг – такая подстава! Нет, верить нельзя никому. И Альберту тоже. И вообще… Киношники – они все чокнутые! У них ничего святого нет…

…Виталий Владимирович Коротков переменил свое мизантропическое настроение через три дня, когда получил письмо следующего содержания:

«ЗА БЛЕСТЯЩЕ ПРОЙДЕННУЮ ПОВЕРКУ НА ЧУВСТВО ЮМОРА ВОЗВРАЩАТЬ ДОЛГ НЕ НАДО! ИСТИННАЯ ДРУЖБА ЕЩЕ ЕСТЬ НА СВЕТЕ!

АЛЬБЕРТ».