— Тогда так, — спешно выпутывался из бинтов Марат. — Нас к Машке забросишь, а потом отвезешь Алевтину Борисовну.

— Ребята, помогите мальца вниз спустить, — явно обрадовался Олесь. — А то я Витька с Хамзяичем отправил.

Ахметова общими усилиями доставили на первый этаж. Компания с Большой Спасской предупредила родителей, что «еще немного задержится». Во всех семействах сообщение было воспринято спокойно. Только папа Олега, Борис Олегович, с упреком проговорил:

— А я-то надеялся, что родной сын поможет мне ставить елку. Но ничего. Один справлюсь.

— Папа, давай подождем до завтра, — предложил Олег. — Утром вместе и займемся елкой.

— Ну, уж нет, — взревел Беляев-старший. — Эта елка на меня уже два раза свалилась! Я весь исколот! Теперь мне нужно срочно ее победить. Нина! — позвал он жену. — Куда ты пропала! Она опять падает! В трубке послышались частые гудки.

— Чего там? — посмотрела Таня на Олега.

— Отец елку устанавливает, — усмехнулся тот.

— Жертв много? — с улыбкой спросила Таня.

— Точно пока не знаю, — откликнулся мальчик. — Но хорошо, что меня там нет.

— Держи, — Олег протянул телефон Алине.

— Мне не надо, — решительно отказалась звонить домой та.

— У нее с предками без проблем, — небрежно бросил Темыч.

— Какие самостоятельные девочки, — шепнула Катя на ухо Тане.

— Откуда он только ее взял? — пожала плечами подруга.

— Любовь зла… — многозначительно произнесла Катя. — Ладно, пошли.

Нацепив кое-как куртки и шапки, Компания с Большой Спасской, а с ними и Алина, высыпала на улицу. В джип погрузились химичка Алевтина Борисовна, усевшаяся на переднем сиденье рядом с мужественным Убейволком, Марат в коляске и огромный торт. Остальные пошли к дому Моей Длины в Докучаевом переулке пешком. Собственно, идти было всего ничего. А так как ребята следовали коротким путем, через школьный двор, то оказались возле подъезда Школьниковых даже раньше, чем джип.

Высадив Ахметова с тортом, Олесь помог доставить коляску до лифта. Пашков заверил, что дальше ребята справятся сами.

— Тогда отвезу домой Алевтину Борисовну, — с нежностью произнес Убейволк. — А когда расходиться надумаете, пусть малец позвонит. Я вас всех по домам развезу.

Компания с Большой Спасской и Марат с тортом сели в грузовой лифт.

— Слушай, Маратик, — хохотнула Моя Длина. — Кажется, у тебя намечается блат по части химии.

— Ну! — согласился Ахметов. — Да вы, ребята, не волнуйтесь. Я вам тогда протекцию составлю.

— И можно будет химию не учить? — воспылал надеждою Женька.

— Это смотря как у Алевтины с Олесем дела пойдут, — подмигнула ребятам Моя Длина.

Едва лифт остановился на этаже Школьниковых, Лешка бросился к двери и надавил на кнопку звонка. Дверь отворила бабушка Школьниковой — Антонина Васильевна. На руках у нее восседал высокопородистый кот-медалист по имени Мурзик.

— Тетя Тоня! — возопил Лешка. — Мы победили!

— Знаю, — улыбнулась бабушка Школьниковой. — Мне Зинаида уже звонила. Ее пока еще нет. Какие-то дела задержали. Ну, заходите, ребята.

Вся компания шумно ввалилась в просторную прихожую Школьниковых, являвшую собой, как и, впрочем, и вся квартира, образец евроремонта.

— Раздевайтесь, мойте руки и за стол, — скомандовала бабушка.

— Ща! — первым раздевшись, кинулся в ванную Женька. — А вы пока торт подготовьте, — бросил он на бегу друзьям.

Пять минут спустя все уже сидели за столом. Оба торта оказались на удивление вкусными. Женька в течение тридцати минут работал челюстями, чередуя ахметовский приз с домашним шедевром Антонины Васильевны. Наконец даже он сказал:

— Все, ребята. Больше не могу.

— Же-енечка, — пропела Катя. — Где записать? Тортик еще остался, — указала она на три последних куска приза Ахметова. — А ты уже не можешь.

— Если только чуть позже, — улыбнулся Женька. — Но сейчас уже не лезет.

Антонина Васильевна потребовала, чтобы ей в подробностях рассказали, «как Машуль-ка стала первой принцессой». Машка рассказала. Пашков постоянно перебивал ее и дополнял. Наконец очень довольная Антонина Васильевна объявила, что пойдет отдохнуть, а ребята пусть веселятся.

Едва бабушка Школьниковой покинула столовую, как Темыч спросил:

— Признавайся, откуда ты, Машка, про Гамлета узнала?

— Читать, Микроспора, надо книги и газеты, — процедила сквозь зубы Моя Длина.

— Ну, да, — недоверчиво покосился на нее Темыч. — Это Лешка небось читал и тебе рассказывал.

— Или заранее ответы на все вопросы для тебя раскопал! — вырвалось у Женьки.

— А ну, повтори! — вскочила со стула Школьникова.

Лицо ее пылало яростью.

— Да ты что, — стушевался Женька. — Я просто так. В виде этой… гипотезы.