– Вертолет зарегистрирован на имя Адама Хэллана, лондонского банкира, – сказала она. – Но его на борту нет.

– Жаль.

– Я и не ожидала, что он там будет. Пилот и второй пилот работают у него. Они представили план полета на вертодром Бэттерси – это как раз напротив дома Хэллана в Чейн-Уок, на другой стороне реки.

– Значит, он большая шишка?

– Можешь не сомневаться. Мы давно интересуемся им.

Второй пилот указал на бордовый чемоданчик. Кит открыл его и показал флакончик «Дьявольщины», лежащий в гнездышке из полистироловых упаковочных брусочков. Второй пилот поставил свой чемодан на землю и открыл его – там лежали плотно упакованные и перевязанные пачки пятидесятифунтовых банкнотов, по крайней мере миллион фунтов, решила Тони, а может быть, и два миллиона. В соответствии с полученным указанием Кит взял одну из пачек и быстро пролистал банкноты.

Тони сказала Одетте:

– Они совершили обмен. Кит проверяет деньги.

А двое мужчин на взлетном поле посмотрели друг на друга, кивнули и обменялись рукопожатием. Кит передал бордовый чемоданчик и взял чемодан второго пилота. Впечатление было такое, что чемодан тяжелый. Второй пилот направился к вертолету, а Кит вернулся в диспетчерскую.

Как только второй пилот сел в машину, вертолет взлетел.

– Ты принимаешь сигнал из флакона? – спросила Тони, не прерывавшая связи с Одеттой.

– Четкий и громкий, – сказала Одетта. – Мерзавцы у нас в руках.

В Лондоне стояла холодная погода. Снега здесь не было, но ледяной ветер хлестал древние здания и извилистые улочки; люди, съежившись и плотнее закутавшись в шарфы, спешили побыстрее очутиться в тепле пабов и ресторанов, отелей и кинотеатров.

Тони Галло сидела в глубине серой «ауди» рядом с Одеттой Кресси. Одетта – блондинка одних с Тони лет – была в темном деловом костюме с малиновой блузкой. Впереди сидели два детектива – один вел машину, второй слушал радио, передававшее указания о дороге, и говорил водителю, куда ехать.

Полиция уже тридцать три часа следила за перемещениями флакончика из-под духов. Вертолет, как и ожидалось, приземлился в юго-западном Лондоне. Пилот сел в ожидавшую его машину и поехал по мосту Бэттерси к стоящему у реки дому Адама Хэллана. Всю ночь радиопередатчик находился на одном и том же месте, подавая сигнал откуда-то изнутри элегантного дома восемнадцатого века. Одетта не хотела пока что арестовывать Хэллана. Ей хотелось захватить максимум террористов в свою сеть.

А Тони большую часть этого времени проспала. Когда в день Рождества она легла перед полуднем у себя дома, она была слишком напряжена и не могла заснуть. Все ее мысли были в вертолете, летевшем над Великобританией, и она волновалась, опасаясь, что радиомаяк может подвести. Тем не менее, несмотря на свои тревоги, она заснула через несколько секунд.

Вечером она поехала в Стипфолл повидать Стэнли. Они просидели целый час в его кабинете, беседуя и держась за руки, затем она полетела в Лондон. И всю ночь проспала глубоким сном на квартире Одетты в Кэмден-Тауне.

Полиция метрополии не только слушала радиосигнал, но и взяла под наблюдение Адама Хэллана, его пилота и второго пилота. Утром Тони и Одетта присоединились к группе, наблюдавшей за домом Адама Хэллана.

Тони добилась того, что стоявшая перед ней главная цель была выполнена. Образцы смертельного вируса вернулись в «Кремль», в ЛБЗ-4. Но кроме того, она надеялась схватить людей, повинных в пережитом ею кошмаре. Она жаждала справедливости.

Сегодня Хэллан устроил у себя ленч, и в доме побывали пятьдесят дорого одетых персон всех возрастов и национальностей. Один из гостей отбыл с флакончиком из-под духов. Тони с Одеттой и ее командой проследили за радиосигналом до района Бэйсуотер, а потом весь день держали под наблюдением меблированные комнаты для студентов.

В семь часов вечера сигнал снова стал перемещаться.

Из дома вышла молодая женщина. При свете уличных фонарей Тони увидела, что у нее красивые черные волосы, густые и блестящие. У нее была сумка на ремне через плечо. Она подняла воротник пальто и пошла по тротуару. Детектив в джинсах и анораке вылез из бежевого «ровера» и последовал за ней.

– Я думаю, сейчас это произойдет, – сказала Тони. – Она заработает спреем.

– Я хочу это увидеть, – сказала Одетта. – Для передачи дела в суд мне необходимы свидетели попытки совершить убийство.

Тони и Одетта потеряли из виду молодую женщину, когда она свернула в метро. Радиосигнал звучал слабее по мере того, как женщина спускалась под землю. Какое-то время он поступал с одного места, а потом начал перемещаться, – по всей вероятности, женщина села в поезд. Они следили за слабым сигналом, опасаясь, как бы он совсем не исчез, и тогда детектив в анораке не сможет идти по следу женщины. Однако она вышла на площади Пиккадилли – детектив по-прежнему шел за ней. Они на минуту потеряли возможность ее видеть, так как она свернула на улицу с односторонним движением; затем детектив позвонил Одетте по мобильнику и сообщил, что женщина вошла в театр.

Тони сказала:

– Вот где она пустит в ход спрей.

Полицейские машины без опознавательных знаков подъехали к театру. Одетта и Тони вошли внутрь вместе с двумя мужчинами из второй машины. Шоу – рассказ о привидениях в сопровождении музыки и песен – пользовалось популярностью у приезжих американцев. Девушка с красивыми волосами стояла в очереди за заказанными билетами.

Дожидаясь, когда подойдет ее очередь, она достала из сумки флакончик из-под духов. И вполне естественным движением быстро опрыскала себе голову и плечи. Окружавшие ее театралы не обратили на это никакого внимания. Наверняка хочет, чтобы от нее хорошо пахло, когда она встретится со своим мужчиной, подумали они, если вообще что-либо подумали. Такие красивые волосы должны хорошо пахнуть. То, что духи не пахли, никто не заметил.