— Про это не говорил, да, — с улыбкой сказал Бернард.

Амара нахмурилась и закрыла глаза. Немного подумав, она сказала:

— Мне кажется, я знаю, что происходит. — Она открыла глаза и увидела, что оба мужчины на нее смотрят. — Я думаю, Тави и Китаи разбудили королеву ворда. Наверное, она находилась в долгой спячке. И то, что они сделали, почему-то ее разбудило.

Дорога задумчиво кивнул:

— Может быть. Сначала королева пробуждается. Рожает двух новых, меньших королев. Они разделяются и отправляются на поиски новых гнезд.

— Из чего следует, что им потребуется покрыть новое место кроучем, — сказала Амара. — Если они хотят выжить.

— Мы сможем их найти, — возбужденно сказал Бернард. — Брутус чувствует Восковой лес. Он поможет найти нам нечто похожее.

— Как и гаргант, — проворчал Дорога. — У него лучше нос, чем у меня. Мы найдем их и дадим им бой.

— Нам совсем не обязательно с ними сражаться, — возразила Амара. — Достаточно лишь уничтожить кроуч. Если наша догадка верна, они рано или поздно задохнутся.

— Но если ты права, — покачал головой Бернард, — они будут отчаянно сражаться, чтобы защитить кроуч.

Амара кивнула:

— Тогда лучше заранее знать, с чем нам придется столкнуться. Это восковые пауки. Какую опасность они несут?

— Ядовитый укус, — ответил Дорога. — Они размером с маленького волка. Паршивые твари, но им далеко до этих. — Он наступил сапогом на кусок хитина одного из воинов ворда.

— Как ты думаешь, легионер в броне способен сразиться с такой тварью один на один? — спросила Амара.

Дорога кивнул:

— Металлическая кожа остановит клыки хранителя. Ну а если они не смогут укусить, то не так страшны.

— Значит, остаются воины, — сказала Амара, оглядывая двор. — Они куда опаснее.

— Но не в том случае, когда инициатива будет на нашей стороне, — возразил Бернард. — Центурия Джиральди противостояла им довольно успешно, когда они успели подготовиться.

— Да, — кивнул Дорога. — Впечатляет. Твои люди, должно быть, долго тренировались вместе.

Бернард усмехнулся:

— Да, но оно того стоило.

— Я вижу, — сказал Дорога. — Нам следует подумать о ночном сражении. Хранители ночью двигаются медленнее. Может быть, у другого ворда все устроено так же.

— Ночные атаки дело опасное, — заметил Бернард. — Многое может пойти не так.

— А как насчет королевы? — спросила Амара. — Дорога, ты сражался с королевой в том гнезде, которое тебе удалось уничтожить?

Дорога кивнул:

— Королева спряталась под несколькими большими поваленными деревьями вместе с двумя королевами-детенышами. Ее охраняло слишком много воинов, чтобы мы могли до них добраться. Поэтому Хашат подожгла деревья и мы убивали всех, кто выходил наружу. С королевами-детенышами мы управились легко. Последней вышла сама королева, окруженная вордом. Ее было трудно разглядеть. Меньше обычного воина, но двигается быстрее. Она сумела убить двоих моих людей и их гаргантов. Кругом было полно огня и дыма, ничего не видно. Однако Хашат бросилась вперед, она говорила мне, куда наносить удары. Гаргант растоптал королеву. Мало что осталось.

— Он сможет сделать это еще раз? — спросила Амара.

Дорога пожал плечами.

— Ноги у него в порядке.

— Может быть, у нас есть план. Мы сумеем сдержать пауков, воинов ворда и королеву, — сказала Амара. — Мы нападем на них, легионеры защитят наших рыцарей огня. Они подожгут кроуч. А потом мы можем просто отступить и дождаться, пока ворд задохнется.

Дорога покачал головой:

— Ты кое-что забыла.

— Что именно?

— Взятые, — ответил Дорога. Марат прислонился к стене, стараясь оказаться в тени, и грустно посмотрел на небо. — Взятые. Теперь они принадлежат ворду. Нам придется их убить.

— Ты несколько раз говорил о своих людях, которых захватил ворд, — сказала Амара. — Что это значит?

— Взятые, — повторил Дорога. Он несколько мгновений молчал, подбирая нужные слова. — Тело остается здесь. Но человека уже нет. Ты смотришь в их глаза, но человека не видишь. Они мертвы. Но ворд взял их силу.

— Они находятся под контролем ворда? — спросила Амара.

— Но это невозможно, — нахмурившись, сказал Бернард.

— Вовсе нет, — возразила Амара. — Ты видел, что могут сделать с рабами ошейники? Рабы становятся очень послушными.