Тави нахмурился. Ему не показалось, будто Гай стал выглядеть хуже за время их беседы, и он заподозрил, что Первый лорд воспользовался этим предлогом, чтобы не отвечать на вопросы Тави. Но что Тави мог поделать? Никому не под силу заставить Первого лорда Алеры продолжать разговор.

— Конечно, сир. — Тави низко поклонился и вышел.

Тави не торопясь направился в северный зал. Он остановил проходившую мимо служанку и спросил, где расположены покои нового посла, и она направила его к двойным дверям, которые находились в дальнем конце коридора. Тави подошел к ним и негромко постучал.

Дверь распахнулась, и перед глазами Тави предстала Китаи. Никогда прежде он не видел ее в таком наряде. На ней было платье из темно-изумрудного шелка, доходящее до колен, со свободным поясом. Белые распущенные волосы были тщательно расчесаны и спадали до самых бедер. На обнаженных ногах поблескивали серебряные браслеты, такие же браслеты украшали руки, а на шее висело серебряное ожерелье с зеленым камнем. Все это прекрасно сочеталось с цветом ее огромных миндалевидных глаз.

Сердце Тави вдруг забилось очень быстро. Китаи изучающе посмотрела на Тави, и на ее лице появилась довольная улыбка.

— Привет, алеранец.

— Хмм, — сказал Тави. — У меня письмо для посла.

— Значит, оно для меня, — сказала она и протянула руку. Тави передал ей конверт. Она вскрыла его и, слегка нахмурившись, взглянула на Тави. — Я не умею читать.

Тави взял письмо и прочитал:

— «Посол Китаи, я был рад узнать от одного из гвардейцев, которого вы встретили, когда входили во дворец вчера утром, что Дорога отправил посланника в Алеру, который будет связывать наши народы. И хотя я не ожидал вашего появления, мы рады вашему прибытию. Надеюсь, вас устраивают отведенные вам покои и вы получаете все, в чем нуждаетесь. Если вам потребуется что-нибудь еще, вам достаточно обратиться к любому из слуг».

Китаи улыбнулась и сказала:

— У меня есть собственный бассейн, прямо в полу. Его можно наполнять горячей водой или холодной, алеранец, и еще тут есть духи, мыло и разные притирания. Они приносят мне еду, и у меня кровать, на которой могла бы разместиться самка гарганта во время родов. — Она приподняла подбородок и указала на ожерелье. — Видишь?

Прежде всего Тави видел нежную белую кожу — но и ожерелье было красивым.

— Если бы я знала об этом, — продолжала Китаи, — то стала бы послом раньше.

Тави раскашлялся:

— Ну да. Я хотел сказать, ты и есть посол, раз Первый лорд так говорит, но, Китаи…

— Оставь свое мнение при себе, мальчик-посланник, — презрительно сказала она. — Продолжай читать.

Тави внимательно посмотрел на нее и дочитал послание Первого лорда до конца.

— «Чтобы помочь вам понять ваши новые обязанности, я предлагаю начать с того, чтобы научиться читать и писать. Такое умение очень пригодится вам в будущем, позволит записывать ваши впечатления и новые знания, чтобы потом передавать их вашему народу. Для этих целей я передаю в ваше распоряжение посланца, который доставит вам это письмо, чья задача в ближайшие несколько недель будет состоять в том, чтобы научить вас чтению и письму. Добро пожаловать в Алеру-Империю, посол, я с нетерпением жду момента, когда мы сможем поговорить с вами. Гай Секстус, Первый лорд Алеры».

— В мое распоряжение, — сказала Китаи. — Ха. Пожалуй, мне это нравится. Я могу заставить тебя делать все, что угодно. Так сказал твой вождь.

— Я не думаю, что он имел в виду именно…

— Молчать, посыльный! — сказала она, и в ее зеленых глазах засверкали озорные искорки. — Здесь есть лошади?

— Ну да. Но…

— Тогда ты меня отведешь к ним — и мы поедем кататься, — сказала она, продолжая улыбаться.

Тави вздохнул:

— Китаи… может быть, завтра? Я должен проведать Макса. И моя тетя. И сегодня вечером у нас обед.

— Конечно, — сразу же согласилась Китаи. — Прежде всего — важные вещи.

— Благодарю тебя, — сказал он и слегка поклонился.

— Слушай, алеранец. Я видела, как ты сражался с канимом. Ты все делал правильно. Хорошая работа.

Она подошла к нему, приподнялась на цыпочки и поцеловала в губы.

Тави удивленно заморгал и секунду не мог пошевелиться. Потом Китаи подняла руки, обняла его за шею и притянула к себе. Весь мир превратился вдруг в ее губы, ее руки и ее запах. И только позже, когда поцелуй закончился, и у Тави слегка закружилась голова, Китаи посмотрела на него томным довольным взглядом и сказала:

— Неплохо. Для алеранца.

— Б-благодарю, — пробормотал Тави.

— В мое распоряжение, — удовлетворенно повторила она. — Это обещает приятную весну.

— Ч-что? — спросил Тави.

Она нетерпеливо фыркнула.

— И когда ты только перестанешь болтать, алеранец? — сказала она низким голосом и вновь поцеловала Тави, увлекая его от двери. Он успел дотянуться до нее ногой и захлопнуть.