— Эй, я очень даже чувствительный. С этим нет проблем.

Нора понимала, что зашла слишком далеко и отступать дальше некуда. Только бы придумать, как сказать…

— И еще… я хотела удостовериться… я имею в виду… я надеюсь, что не дала тебе повод думать, что со мной все дозволено…

— Выкинь это из головы, Бу, — лениво заметил он, зевая.

Нора глубоко вдохнула, пытаясь унять отчаянно колотившееся сердце.

— Понимаешь… я подумала… что после случая на церемонии… а потом, когда ты пришел в мою спальню… В общем, я подумала, что ты меня неправильно понял… и учитывая все обстоятельства, было бы совсем неразумно продолжать…

Эли поднял руку, призывая ее к молчанию.

— Расслабься. Я все понял. И думаю, ты права. Это неразумно.

Нора удивленно вздрогнула. Такого быстрого согласия она не ждала.

— Ты действительно так думаешь?

— Определенно. Не хочу хвастаться, но одной ночи со мной вряд ли будет достаточно, а что дальше?

Онемев, Нора уставилась на него, и вдруг до нее дошло, насколько она была права. Эли позволял себе все, что хотел и когда хотел, как бы ужасно это ни было. И с этим она ничего не могла поделать.

Неуверенно встав на ноги, девушка сглотнула.

— Раз мы договорились, оставляю тебя досматривать игру. — И опасаясь, как бы он не ляпнул что-нибудь еще, она стремительно покинула комнату.

Нора стояла на террасе. Высоко в небе светила луна, и где-то вдали ухала спрятавшаяся в кедровой роще сова. Порывы ветра доносили благоухание флоксов и азалий. Но Нора это едва ли замечала, проведя несколько часов в бесполезных раздумьях.

И все же, чего она добьется, если будет стоять и жалеть себя?

Все могло быть гораздо хуже. Ведь совсем недавно она была готова отказаться от Виллоу-Ран, спать в чужой постели в незнакомом месте. Или выйти замуж за Ника Карпетти.

Инстинктивно вздрогнув, она направилась в свою комнату.

Еще не успев раздеться, Нора услышала звук поворачивающейся ручки и застыла на месте.

— Кто здесь?

— Это я, — раздался шепот, — Шельса. Нора облегченно вздохнула и, включив лампу, поспешила к двери.

Девочка беспокойно улыбнулась.

— Надеюсь, я тебя не разбудила?

— Нет. Я не спала, — убедительно сказала Нора. — А ты, почему ты встала? Что-нибудь случилось?

— Нет. На самом деле ничего серьезного. Просто… — девочка пристроилась на краю кровати, — я проснулась, а потом вспомнила, что хотела что-то у тебя спросить.

— Ладно, выкладывай.

— Я лишь хотела спросить… сейчас, после того как вы с папой поженились, как мне тебя называть? Не могу же я называть тебя «мисс Браун», ведь теперь у тебя другое имя. И смешно называть тебя «миссис Вайлдер», ведь теперь ты моя мачеха. Правда?

— Да. А как бы тебе хотелось? — спросила Нора, вглядываясь в серьезное личико Шельсы.

— Знаешь… я называю Эли — Эли, — сказала она. — После смерти мамы, когда я только переехала к нему, он сказал, чтобы я называла его папой, но это было как-то смешно, — призналась девочка.

— Понятно, — пробормотала Нора, ловя себя на мысли, что вот уже не в первый раз интересуется мамой девочки.

— Любили ли они друг друга? Почему они разошлись?

— Ты можешь называть меня Норой, если хочешь, — предложила она.

— Да, мне это нравится, — девочка улыбнулась и блаженно зевнула, зарываясь в подушки. — Нора, как ты думаешь, может, мне не следует радоваться, что папа на тебе женился? Он говорит, что, как только мы получим страховку, сразу же уедем.

— О, нет… — вдруг вырвалось у Норы. Шельса забралась поглубже на кровать.

— Здесь так мягко. А хочешь, я поделюсь с тобой одним секретом?

— Конечно.

— Я счастлива, что живу здесь, с тобой… пусть даже только на ле… — Еще один зевок, и девочка погрузилась в сладкий сон.

Сердце Норы наполнилось нежностью. Может, этот брак и не самое мудрое решение, но все не так уж плохо. Конечно, его бесконечные поддразнивания и это непривычное ощущение, пробуждающееся в ней всякий раз, когда он оказывается рядом, будоражили и волновали, но от этого еще никто не умирал. Главное, Виллоу-Ран теперь принадлежит ей. И она может помочь Шельсе.

Неожиданно девушка поймала себя на мысли, что сделка с Эли перестала ее тяготить. Она будет жить своей жизнью, ничего не меняя. Надо лишь постараться по возможности избегать встреч с ним и не навязывать своего общества.