– Целый пароход, – проявил осведомленность Тэйлор.

– Так, я ушел, – сказал Причер и поспешно скрылся.

Когда через полчаса капеллан вернулся в казарму шестого сектора, муравьед уже основательно разжился движимым и недвижимым имуществом. У него имелись будка с подстилкой, кормушка, санитарный лоток, ошейник и поводок.

– Мокриц всяких глушит, как из пушки, – доложил Тэйлор. – Не лопнул бы.

– Да я принес-то всего ничего, – ошалело пробормотал Причер, глядя, как богато животина устроилась.

– Вопрос питания мы решили, жратвы завались. А если он действительно свихнется, когда джунгли попрут, так мы его в будке на это время запрем. Все-таки из-под патронов ящик, ему не по рогам.

– Еда-то откуда?

– Топ-секрет. Ладно, только для вас. В подвале слегка пошуровали. База ведь по всем правилам должна стоять на бетонной подушке толщиной в четыре фута?

– Ну…

– Хер! От силы фут, представляете?! Я в армии давно, так что разного воровства навидался, но такого… Хотя нет худа без добра – легко до почвы добрались. А там этих самых мокриц и червяков полно.

– Всего один фут… – повторил капеллан. – Ну, правильно, бетон ведь тоже привозной. Сэкономили на транспорте.

– Я это давно подозревал. У нас и периметр слабее, чем положено, – сказал Тэйлор. – А раз стенка тонкая, значит, и фундамент говно. Знаете, святой отец, чего я больше всего опасаюсь, когда прет? А того, что в один прекрасный день придется русских просить об огневой поддержке. Даст «Тревога» пару залпов – и завалимся мы на хер вместе со стенкой.

– Русских можете не опасаться. На их услуги денег нет. Мне полковник сказал.

– Русских всегда можно опасаться, – авторитетно заявил Тэйлор. – Они ведь в состоянии и бесплатно стрельнуть. От широты загадочной души. Кронштейн говорит, им уже обрыдло смотреть, как мы тут загибаемся.

– Будем надеяться, они еще немного потерпят, – заметил Причер. – И вообще, когда прет, им обычно не до нас. За день до атаки из джунглей с моря накатывает планктон, разве нет?

– Тоже заметили? Головастый вы, святой отец. Правильно, Клякса наступает сразу по всем фронтам. Но расстояние для «Тревоги» не помеха. У их ракет дальность ого-го. Главное, чтоб было кому нажать кнопку.

– А потом выпить, перекреститься и закусить, – вспомнил Причер рассказ Воровского. – Ладно, подержите вашего… питомца. Чтобы не дергался.

– Да чего его держать – нажрался и спит, неблагодарная скотина, – сказал Тэйлор ласково, но муравьеда приобнял. – У-у, тварь моя бессмертная… Давай, иди к папочке.

– А вы сами как к бессмертию относитесь? – лениво спросил Причер, осторожно прикладывая наконечник зонда к шкуре муравьеда. Спросил и тут же себя обругал, потому что задал вопрос машинально, по приобретенной за последние дни привычке. Тэйлор был капеллану симпатичен, и очень не хотелось испортить о нем впечатление, услышав в ответ какую-нибудь банальность. Тупостей и глупостей капеллан наелся уже досыта. Разве что Воровский его порадовал нестандартным подходом к теме, но то ведь был писатель, не совсем обычный человек…

– Может, люди добрее станут, – предположил Тэйлор.

– Добрее? – удивился Причер, не сводя глаз с пробника. Зонд легко прошил шкуру муравьеда и теперь потихоньку вытягивал материал для замера. Муравьед вел себя индифферентно – дрых.

– Так ведь ценность жизни возрастет. Кому захочется, допустим, на войну идти, если впереди целая вечность, а тут шлепнут тебя – и тю-тю, отжил. Конечно, целые страны между собой давно не воюют, но вспомните про всякие массовые выступления, полицейские операции сдерживания… Поймал резиновую пулю глазом – и готов. А бессмертному нужно беречься, у него ведь, сколько ни проживи, все еще впереди. Поэтому люди и добрее будут. Ну, если не в глубине души, то хотя бы внешне. Корректнее, спокойнее. Мне так кажется.

– Интересно, – согласился Причер. – Та-ак, зверюга, мы почти закончили. Слушайте, Тэйлор, отправили бы вы его обратно в джунгли, ей-богу. Наверняка уже по всей базе слухи ползут. Явится сейчас какой-нибудь не в меру ретивый дежурный офицер наподобие Лурье и муравьеда нашего просто застрелит. В порядке устранения непорядка.

– Вы, кажется, через шестой сектор шли, – напомнил Тэйлор гордо. – В шестом и раньше доносчиков не было, а теперь уж точно не будет. А что касается нашего славного особиста…

– Это точно? – Причер поднял глаза от пробника в легком удивлении.

– Что Лурье представляет на базе контрразведку? Да он сам меня и вербовал пару лет назад. Поэтому в шестом нет доносчиков. Я тут главный стукач. Мы с бывшим нашим ротным варианты прикинули и решили, что так будет правильно. Каждую неделю вместе садились и роскошные стучалки писали. Если до пенсии доживу, пойду в фантасты, как Воровский. Нести х…ню в массы. У меня после этой переписки с контрразведкой опыт бреда в письменной форме, скажу без ложной скромности, богатейший.