– А, – сказал Каролинус, – здесь тебе и полагается быть. Отлично. – Он обернулся к остальным и скомандовал:

– Подойдите все сюда. Я хочу кое-что сказать Департаменту Аудиторства…

– Нельзя ли немного подождать, Каролинус? – перебил его Джим. – Мне необходимо побеседовать с глазу на глаз вот с этим джентльменом. – Он указал на Мак-Дугала.

– Это важно, Джеймс? – осведомился Каролинус. – Я собираюсь говорить о весьма серьезном деле.

– Это тоже очень серьезно, – ответил Джим. – Я хотел бы предварительно поговорить и с тобой, если ты не возражаешь. Дело действительно чрезвычайно важное.

– Ладно, пожалуй, я подожду немного.

Он знаком велел Джиму следовать за ним и отвел его в сторону – достаточно далеко, чтобы остальные не услышали их разговора.

– В чем дело? – ворчливо спросил Каролинус, остановившись и повернувшись к Джиму.

Джим тоже остановился:

– Похоже, Ивен Мак-Дугал шантажирует де Меров. К сожалению, он опасен тем, что может рассказать правду. А цена его молчания – Лизет… – Джим в подробностях рассказал Каролинусу о требованиях Мак-Дугала, о том, как Геррак тянул время и в конце концов был вынужден согласиться накануне сражения с полыми людьми. – Мне кажется, я сумею отговорить Мак-Дугала, – продолжал Джим.

– Но я хотел сначала посоветоваться с тобой. Как ты думаешь, у меня есть сейчас какой-нибудь магический кредит? Ведь я убил червя, и полых людей больше не существует, а значит, сорвалось шотландское вторжение в Англию, не так ли?

– Да, можешь рассчитывать на это. – Каролинус лукаво усмехнулся. – Но возможно, это пустяки по сравнению с тем, что еще будет.

– Значит, могу рассчитывать? – переспросил Джим, не обратив особого внимания на последнее замечание мага. Он лишь хотел узнать, можно ли ему воспользоваться магией, и первая часть ответа Каролинуса его вполне устроила. Тогда мне остается только поговорить с Мак-Дуга-лом наедине. Давай вернемся к остальным.

Они пошли обратно, однако на полпути их перехватил Геррак. Он отвел Джима в сторону.

– Я узнал от Лизет, что она рассказала вам о себе и Мак-Дугале, – сказал Геррак, возвышаясь над Джимом, но понизив голос, чтобы никто не услышал их разговора. – Не уверен, что одобрил бы при других обстоятельствах… но вы в самом деле считаете, что способны заставить Мак-Дугала отказаться от его претензий?

– Да, я сделаю это, если только мне предоставят уединенное место во дворе, – ответил Джим.

– Об этом Лизет тоже сказала. У меня есть для вас такое место. Я уже велел отвести туда Мак-Дугала. Пойдемте.

Но он направился не во внешний двор, как предполагал Джим, а вокруг башни, составлявшей главную часть замка. Наконец они достигли такого места, где их не видел никто из людей во дворе, включая Каролинуса. К башне примыкала окружавшая двор стена; в результате образовалась небольшая треугольная площадка, в центре которой стоял Мак-Дугал, которому, судя по выражению лица, происходящее совсем не нравилось.

Поскольку в эту эпоху недовольное выражение обычно появлялось на лицах людей, когда они хотели скрыть свою растерянность, страх или другие унижающие их достоинство эмоции, Джим почувствовал себя увереннее. Он остановился футах в двадцати от Мак-Дугала, и Геррак встал с ним.

– Сэр Геррак, – попросил Джим, – не могли бы вы нас оставить? Я бы хотел, чтобы нас никто не беспокоил, не видел и не слышал в течение десяти пятнадцати минут, а может быть, и меньше.

– Разумеется, – ответил Геррак, пристально взглянув на Мак-Дугала. Затем повернулся и оставил их наедине.

– Ради чего меня сюда привели? – спросил Мак-Дугал. – Это шутка или просто какой-нибудь вздор?

– Клянусь, это не шутка и не вздор, – ответил Джим и начал раздеваться.

– Если вы намерены напасть на меня по примеру этого горного разбойника Лахлана Мак-Грегора, – заявил Мак-Дугал, положив руку на рукоять своего меча, учтите, я снова вооружен.

– Ничего подобного, – заверил Джим. Он разделся догола и написал на внутренней стороне своей лобной кости заклинание, о котором подумал сразу, едва услышал от Лизет о требовании Мак-Дугала:

Я -> ДРАКОН Как обычно, Джим не почувствовал ничего, что подтвердило бы превращение.

Он только обнаружил, что смотрит на Мак-Дугала уже с несколько большей высоты.

Но перемена, произошедшая с Мак-Дугалом, красноречиво свидетельствовала о том, что превращение в дракона осуществилось вполне успешно. Отбросив маску презрения и благородного возмущения, Мак-Дугал уронил меч, упал на колени и перекрестился, после чего молитвенно сложил ладони.

– Если мы должны биться, неужели вы не можете делать это в человеческом облике? – закричал он. – Я буду сражаться даже теперь, потому что я мужчина и Мак-Дугал. Но какой же вы трус, если не желаете сражаться по-человечески!