Это было вовсе не так легко, как казалось со стороны. Лютиен продвигался медленно, и его бы, конечно, схватили или проткнули длинными копьями, но Шаглин, оказавшись на уступе, мгновенно стряхнул со спины Оливера и схватился за веревку вместе с другим гномом. Оба принялись подтягивать ее вверх мощными рывками.

Стрелы, летевшие с противоположной стороны уступа, свистели мимо головы Лютиена, хуже того, стрелы летели и снизу. Юноша почувствовал удар по ноге и увидел, что из его каблука торчит стрела.

Затем мозолистые руки схватили его за плечи, втащили на уступ, и вся группа бросилась бежать. Они миновали нескольких мертвых циклопов, включая тех двоих, которых убили Лютиен с Оливером, и выскочили из туннеля, слыша позади топот преследователей, которым наконец удалось также забраться на уступ.

— У нас здесь лошади! — объяснил Лютиен Сиобе, и она кивнула и быстро поцеловала его, затем подтолкнула вслед за Оливером. Каттеры вместе с Шаглином и вторым гномом бросились в другую сторону и скрылись в кустарнике.

— Не могу поверить, что они пришли за нами, — заметил Лютиен, догнав хафлинга. Оливер уже был одной ногой в стремени Тредбара.

— Должно быть, ты здорово целуешься, — ответил товарищ. Затем Тредбар вылетел на дорогу, а следом за ним и Ривердансер.

Орда циклопов вырвалась из входа в шахту, завывая от ярости, но все, что они услышали, — это топот копыт скакунов Оливера и Лютиена.

Лютиен беспечно вошел в «Гнэльф», переждав некоторое время после того, как туда же отправился Оливер. Хафлинг строго-настрого велел товарищу действовать именно так. Спустя неделю после удачного побега с шахт Оливер все еще продолжал соблюдать осторожность и старался, чтобы их с Лютиеном пореже видели вместе. Лютиен не находил в этом большого смысла. В их районе Монфора было достаточно воров-хафлингов, чтобы запутать следы. Если преторианская гвардия разыскивала человека и не отходящего от него хафлинга, друзья с легкостью могли затеряться среди десятка подобных пар.

Однако Лютиен не спорил, предпочитая лишний раз подстраховаться.

«Гнэльф» был битком набит, как это случалось каждый вечер на этой неделе. Эльфы и гномы, хафлинги и люди сидели за каждым столиком — кроме одного. Вокруг него разместилась группа преторианских стражников, увешанных оружием, с мрачными и свирепыми лицами.

Лютиен пробрался через толпу и с радостью обнаружил пустой табурет у стойки трактира рядом с Оливером.

— Оливер! — воскликнул он, изображая преувеличенный восторг. — Как я рад тебя видеть! Сколько мы уже не встречались? Месяц?

Хафлинг скептически взглянул на жизнерадостного молодого человека.

— Вы оба были здесь позапрошлым вечером, — сухо заметил Тасман, проходя мимо.

— Н-да, — слабо улыбнулся и пожал плечами Лютиен. Он оглядел толпу. — Сегодня опять куча народа.

— Они стремятся сюда посплетничать, — ответил трактирщик, придвигая Лютиену кружку эля через стойку, и повернулся к другому посетителю.

Юноша поднял кружку и сделал хороший глоток, прежде чем заметил молчание Оливера. У хафлинга было такое лицо, что сразу становилось ясно, как глубоко он погружен в свои мысли.

— Посплетничать, — начал Лютиен. Он собрался спросить, о чем говорят клиенты, но даже по обрывкам бесед, пробираясь внутрь, юноша успел уловить общий смысл и теперь знал ответ. Они говорили об Алой Тени. Один неряшливого вида тип, пьяно шаркая мимо стола циклопов, даже пробормотал: «Тень жива!» — и щелкнул пальцами у них под носом. Один из циклопов немедленно вскочил, чтобы придушить наглеца, но его напарник схватил его за руку и усадил на место.

— Наверняка будет драка, сказал Лютиен.

— И не первая на этой неделе, — мрачно отозвался Оливер.

Они оставались в «Гнэльфе» больше часа — Лютиен прислушивался к возбужденным разговорам, Оливер обдумывал ситуацию, так и не допив единственной кружки эля. Общая неудовлетворенность жизнью слышалась в речах всех посетителей трактира, и Лютиену внезапно показалось, что легенда, которой он стал, дала беднякам Монфора каплю надежды, что-то, вдохновляющее их поруганную гордость.

Легкой походкой он по сигналу Оливера вышел вслед за хафлингом из «Гнэльфа».