— Я тебе очень признателен, — серьезно заметил Оливер.

Тюремщик взревел, взмахнул топором горизонтально, чуть не потеряв равновесие из-за необузданной силы собственного удара. Но его удар не достиг цели, так как хафлинг успел уже снова вспрыгнуть на барабан. Он сделал резкий выпад рапирой, воткнув ее прямо в налитый кровью глаз тюремщика.

Ослепленный циклоп дико взвыл и бестолково замахал боевым топором, попадая им то по камню, то по подъемному механизму. Оливер упал и откатился в сторону, от души наслаждаясь зрелищем (разумеется, если топор не оказывался в непосредственной близости от него!), и постепенно, выкрикивая насмешки и издеваясь, хафлинг сумел подманить тюремщика к самому краю горловины шахты.

По кивку Оливера Шаглин с разбега налетел на тюремщика сзади, и тот полетел вниз.

— Эх, надо было топор удержать, — проворчал гном, когда тюремщик вместе со своим оружием рухнул в шахту и исчез из вида.

Один на один Лютиен с легкостью парировал яростные наскоки своего противника. Он дал одноглазому возможность выплеснуть всю свою ярость в первом нападении и постепенно перешел в контратаку, тесня его одним хитроумным выпадом за другим.

Понимая, что он проигрывает, одноглазый, демонстрируя типичную для циклопов отвагу, повернулся и бросился бежать, стремясь присоединиться к товарищам, которые в это время появились в помещении из боковых проходов.

Итак, в течение нескольких секунд ряды циклопов значительно увеличились. Пожалуй, теперь их насчитывалось не меньше дюжины. Оливер с сомнением заглянул в шахту, но она пропадала во тьме, а у него не было даже веревки. Лютиену удалось снять оковы с Шаглина, затем он принялся работать над кандалами другого гнома. Шаглин тем временем подбежал и вытащил меч у первого циклопа, которого убил Оливер.

Однако циклопы все еще не двигались вперед, и Лютиен понимал, что они позволяют своим врагам подготовиться к битве только потому, что ожидают подкрепление.

— Что-то надо делать, — заключил Оливер, явно придя к тому же мрачному выводу.

Лютиен сунул меч в ножны и вынул лук, быстро собрал его, натянул тетиву и наложил стрелу. Только тогда циклопы сообразили, что это у него за странные палочки, и толкаясь, попытались убраться подальше от опасности.

Юноша попал одному из них в шею, и тот с воем упал. Другие завизжали, но не бросились в укрытие. Вместо этого они пошли в атаку прежде, чем Лютиен успел достать следующую стрелу.

— Это не совсем то, что я имел в виду, — сухо заметил Оливер.

В начавшейся сумятице отчаявшиеся друзья не услышали звонких щелчков тетивы, и все четверо с удивлением оглянулись, когда несколько нападающих циклопов зашатались и рухнули на каменный пол. Увидев стрелы, торчащие из их спин, все находившиеся в пещере на мгновение замерли, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Все на том же уступе теперь находилась группа невысоких, худощавых лучников, по всей вероятности, эльфов. С поразительной ловкостью они осыпали циклопов смертоносным ливнем стрел.

Одноглазые, толкаясь, обратились в бегство, из некоторых уже торчало по одной или две стрелы. В ответ стрелы и дротики со свистом полетели из боковых проходов, и хотя заявление Оливера о том, что циклопы не могут как следует прицелиться, оказалось правдой, одно только количество летящих снарядов представляло серьезную угрозу.

— Бегите! — раздался крик с уступа, и Лютиен узнал голос.

— Сиоба, — сообщил он Оливеру, бросаясь к стене и таща за собой хафлинга.

Лютиен схватил веревку Оливера и быстро дернул три раза, отцепляя липучку от потолка. Группа Сиобы уже спустила вниз одну веревку. Товарищ Шаглина по несчастью ухватился за нее и стал быстро карабкаться вверх. Стрела угодила в мускулистое плечо гнома, но он только поморщился и решительно продолжил подъем.

Лютиен забросил липучку на стену рядом с уступом и передал веревку Шаглину. Гном посадил Оливера себе на спину и полез вверх — Лютиен только потряс головой, в изумлении глядя на то, как быстро карабкается могучий гном.

Копье ударило в камень между ног юноши. Циклопы вырвались из всех трех проходов, бегущие впереди несли большие щиты, укрываясь ими от эльфийских стрел.

Лютиен хотел подождать, чтобы дать возможность Оливеру и Шаглину вскарабкаться доверху, поскольку не знал, какой вес может выдержать маленькая липучка, но у него не оставалось времени. Юноша подпрыгнул как можно выше, схватился за веревку, на всякий случай обмотав ее конец вокруг пояса, и начал карабкаться вверх на руках, стараясь по возможности опираться ногами о стену.