– Почему? – Главный жрец хотел было расспросить старика о том, что тот имеет в виду, но осекся. Он так и замер с поднятой рукой, сжимающей вилку. Его рот был полуоткрыт, а глаза уставились в одну точку, находящуюся, по-видимому, далеко от обеденного зала.

Сотник быстро переводил взгляд на одного жреца, на другого. Оба не шевелились, а на их лицах застыло одинаковое выражение неописуемого ужаса.

– Да что такое?! – воскликнул ан-Келени. – Что происходит?!

Аренеперт медленно положил вилку на стол и схватился руками за голову. Потом приподнялся и с нарастающим отчаянием посмотрел на сотника:

– Он встретил вас у ворот?! – закричал жрец, разом потеряв самообладание. – Когда вы въезжали во главе отряда?!

– Встретил у ворот, да, – подтвердил воин. – Я ехал после первого десятка. Но что…

– Может быть, еще не все потеряно?! – возопил Аренеперт, обращаясь к Туунеру. – Может быть, он не сумел выехать из города?! Они ведь въезжали, да? Стража могла не выпустить того, кто выезжал!

Старик покачал головой:

– Нет, ваша благость. Если он встретил воинов около ворот, значит, через них же и выехал. Это ведь просто узнать. Достаточно расспросить стражу или тех, кто следовал за господином сотником. Господин сотник, вы не заметили, этот ваш Лолоки выезжал из города? Не заметили? Ну ничего, это и так понятно, что он выехал. Отряд, который должен был его поймать, прибывает, а он отбывает. Очень ловко. Пришельцу повезло с Посредником.

– Да объясните мне, что происходит! – взорвался ан-Келени.

Аренеперт устремил на него безумный взгляд, но пояснил:

– Господин сотник, тот, кто встретил вас с почетом около ворот, и был Посредник. Вы его приняли за одного из нас, а городская стража – за одного из вас, а потому выпустила из Парреана. Все пропало… мы погибли.

– Как?! – Воин тоже вскочил со стула.

Младшие жрецы дружно вздохнули при слове «Посредник». С недавнего времени у них имелись личные счеты к этому человеку. И они отнюдь не разделяли недавнего взгляда главного жреца на проблему. С их точки зрения, осквернитель, портя одежду в купальнях, не нервничал, а издевался.

– Лолоки-Локи, – произнес Аренеперт. – Локи – это имя пришельца. Называясь сходным именем, Посредник не просто издевается над нами – он еще поставляет силы своему господину. Тот ведь бог обмана! О Зентел, я даже не могу представить, сколько сил уже накопил этот Локи. Сначала храм, потом сам Посредник во время выезда, теперь – мы… Наши волнение и ярость питают его! И этот поток не прекратится в ближайшее время. Необходимо срочно сообщить господину!

Какая-то мысль неожиданно пришла в голову жрецу, он охнул и тяжело осел на место.

– Так нужно выслать погоню! – выскочил из-за стола ан-Келени. – Немедленно! Я ведь помню его, этого Лолоки. Хорошо запомнил, как он выглядит! Эти черные волосы ни с чем не перепутаешь. Служку, правда, не очень рассмотрел, но это не так уж и важно. Будем искать двоих!

– Конечно же мы вышлем погоню, – успокоительным тоном сказал Туунер. – Правда, за ночь он мог далеко уйти. И направление нам неизвестно. Но погоню выслать надо. Вдруг нам повезет. А господину я сам доложу. Стар уже, чувствую себя плохо, не смогу скрываться…

– Гм. Я присоединюсь позже, – прочистил горло Аренеперт. – Вы пока сообщите господину, ну а я… потом…

– Так я распоряжусь насчет погони?! – волновался ан-Келени. – Вы дадите мне полномочия?

– Конечно, господин сотник, конечно. – Главный жрец, казалось, успокоился. Его взгляд принял осмысленное и решительное выражение. – Вы получите все полномочия и для погони, и для допроса городской стражи. И вот что… магистрат мне сообщил очень плохую информацию касательно вас. Сейчас думаю, что это – тоже дело рук ловкого Посредника. Но все равно… лично к вам у меня нет претензий. Мы с вами не враги, нам нечего делить, поэтому, господин сотник, позвольте дать вам один совет. Очень полезный совет. Я верю, что в трудную для меня минуту вы вспомните о том, как я помог вам. Поэтому послушайте, когда будете общаться с господином, с Зентелом, а он обязательно потребует вас к себе… Так вот, в разговоре с ним все время повторяйте, что вы рассмотрели Посредника лучше других. Он ведь общался только с вами или еще с кем-то? Впрочем, не так важно. Все равно твердите, что лучше вас его никто не сможет опознать. Понятно, господин сотник?

– Понятно… но зачем это говорить, ваша благость?

Аренеперт неопределенно пожал плечами, но Туунер решился объяснить:

– Чтобы выжить, господин сотник. Чтобы выжить! Вы ведь хотите жить?

– Вы полагаете, что господин очень сурово накажет нас? – с легким недоверием в голосе спросил ан-Келени.

– Мы в этом уверены, – опять ответил Туунер, вытирая со лба пот платком. – Основной гнев падет на главного жреца и на вас. На его благость – за то, что не предусмотрел такого развития событий. Хотя кто мог бы предусмотреть?! Этот Посредник – сущий демон! А на вас – за то, что с вашей помощью он ускользнул, да еще таким образом. Если бы Посредник как-то перелез через стену или сбежал другим путем, то вы бы просто отправились в отставку. Печально, но не смертельно. Но он ушел так, как ушел! Не думаю, что господин простит это. Такой наглый вызов! Подумать только, с кем мы имеем дело… С чудовищем!

Аренеперт кивнул, соглашаясь. У него внезапно появилось множество забот. Он вновь поднялся из-за стола, направился к двери и уже оттуда произнес:

– Опросите стражу, убедитесь, что Посредник действительно покинул Парреан и ворота города можно открывать. Чего уж теперь… И погоню… конечно, организуйте погоню.

Все присутствующие, за исключением, пожалуй, разъяренного сотника, догадывались, что это – последнее распоряжение Аренеперта в прежнем качестве. И дело не в том, что Верховный жрец низложит его, нет: местное начальство увольняется по собственной воле. И возможно, предпримет небольшую прогулку в другую местность для укрепления здоровья, которое еще не пошатнулось, но непременно пошатнется, если путешествие не произойдет в ближайшие часы или даже минуты.