В ворота забежал молодой запыхавшийся индус и сходу начал кричать:

— Беда, беда! Хозяина укусила змея!

На пронзительные крики из дома вышел встревоженный Садхир.

— Успокойся, юноша! — твёрдо глянул в глаза впавшего в полный ступор слуги. — Кто твой хозяин и что с ним случилось?

— Я Лочан, слуга уважаемого торговца Торила. Он зашел в амбар и вдруг страшно закричал. Я кинулся на помощь. Вижу, хозяин лежит и кричит, ногу держит. Смотрю, змея поползла. Ну я бегом к госпоже Радхе, а потом к заклинателю змей и сразу к вам!

— Думаю, помочь бедняге будет уже сложно, — Садхир мрачно глянул подбежавшего Алексея.

— Ашок, будь добр, принеси лекарскую сумку, — мягко обратился к внуку.

Оставив протестующего Ашока во дворе, проследовали к дому Торила. У амбара уже толпилась галдящая толпа взволнованных деревенских жителей. Увидев уважаемого гуру, дружно расступились, давая проход к телу пострадавшего.

Помрачнев, гуру широко приоткрыл и тщательно осмотрел неподвижный зрачок мужчины. Сокрушённо вздохнул и взглядом указал Алексею на неподвижно распростёртое тело.

Алексей присел на корточки и пощупал шейную артерию бедолаги. Встретившись взглядом с гуру, отрицательно покачал головой.

— Мёртв.

— Где супруга хозяина? — обратился к людям Садхир.

Сквозь толпу с трудом пробилась напуганная полноватая женщина. Садхир бережно взял за руку и что-то утешительно говоря, увёл жалобно запричитавшую женщину в сторону.

Алексей сочувственно глянул вслед в одночасье овдовевшей женщины. Поручив вдову слугам, гуру вернулся.

— Нужно увести отсюда людей и найти змею, — Садхир строго глянул на Лочана, растерянно топчущегося рядом с Алексеем.

Юноша судорожно сглотнул.

— Расходитесь, расходитесь, — замахал руками, укоризненно склонив набок голову. — Здесь змея!

Шаг за шагом, вытеснил гомонившую толпу за ворота амбара. Стало намного тише.

— Алахей, я начну поиски змеи от дальней стены по ходу солнца, а ты двигайся ко мне навстречу от ворот, но будь осторожен и смотри под ноги, — направляясь в угол, предупредил старик, лавируя между штабелями мешков.

Оглядев посыпанный песком пол, Алексей зябко поёжился. Змей недолюбливал с самого детства, когда сильно напугал уж, неожиданно выползший навстречу из тёплой грядки.

Смотря под ноги и заглядывая между мешками, Алексей начал медленный осмотр.

Неожиданно в ворота решительно зашёл тщедушный босой старик, в набёдренной повязке, с большим мешком за спиной и тонкой крючковатой палочкой в морщинистых руках. Увидев бездыханного Торила, наклонился над телом.

— Ага, сам старый Сандип пожаловал! — гуру обрадовано поспешил навстречу. — Знакомься, этот благородный муж — врачеватель Алахей, прибыл к нам из дальних краёв.

Индус, уважительно покосился на зелёные усы чужеземца и почтительно прижал руку к сердцу.

Гуру коротко обрисовал ситуацию.

— Думаю, Торил чем-то прогневал нагов, — Сандип тщательно осмотрел две синеющие точки на ноге погибшего, расстроено поцокал языком и низко пригнувшись, заходил кругами, внимательно разглядывая песок.

— Это наш самый старый и опытный заклинатель змей, — шепнул гуру, стараясь не отвлекать от дела сосредоточенно рыскающего змеелова.

Раз за разом увеличивая радиус, Сандип присел и тщательно ощупал песок, проводив взглядом найденный след. Медленно приподнялся и призывно махнул рукой.

— Идите за мной!

След привёл к небрежной куче старых плетёных корзин.

— Стойте! — Сандип предупредительно поднял руку.

Положил хитрую палочку и начал осторожно разбирать корзины, внимательно оглядывая днища. На очередной вдруг резко отдёрнулся и восхищённо прокомментировал:

— Она там. Молодая кобра — нагиня!

Алексей удивился восторгу змеелова. «Что на неё там смотреть? Шарахнуть со всей дури палкой по башке и в кусты!»

Между тем, старик удивил ещё больше. Скрестив ноги, уселся, неразборчиво бормоча какие-то заклинания. Пошептав, медленно убрал корзину.

Спрятавшаяся кобра мгновенно свилась в клубок и зашипела, угрожающе расправив капюшон.

Ничуть не испугавшись, Сандип медленно подвёл зацеп. Резко подсёк и быстро засунул кобру в мешок вместе с палкой. Обвязав мешковину верёвкой, покряхтывая, закинул мешок на плечо, вежливо распрощался и вразвалочку направился к выходу.

— Идём, Алахей, больше мы тут ничем не поможем — подвёл итоги гуру.

Шагая по улице, Алексей задумался над трагичной историей. Многие вещи остались неясны.