На улице стоял удобный деревянный чурбак, около которого и сгрудились тихо перешёптывающиеся ученики.

— Давай клади сюда руку, — буднично скомандовал Алексей, между делом пробуя большим пальцем остроту зубьев пилы.

Нарендра робко положил гипс.

— А если она…, — покосился на пилу.

— Да не беспокойся, сейчас мы гипс снимем, и всё будет в полном порядке, — ободряюще улыбнулся Алексей, залихватски шевельнув поблекшими зелёными усами.

Вспоминая продолжение любимого фильма, половчее пристроил пилу. Теперь главное не рассмеяться.

— Ну-с, приступим.

Ученики, да и сам Садхир с некоторым волнением смотрели, как Алахей ловко распиливает грязновато-белую повязку на живой руке. Повисло лёгкое облако мельчайшей гипсовой пыли.

— Вот и всё, — напряжённо выдохнул Алексей, с хрустом сломав распиленную повязку пополам.

— Держи, это тебе на память, — протянул гипсовые половинки обрадованному воину.

Нарендра растерянно прижал куски гипса к груди левой рукой, пытаясь подвигать правой.

— Плохо получается, — пожаловался, тоскливо разглядывая пальцы.

— Обязательно получится. Сломанная рука долго была неподвижна и мускулы отвыкли от работы. Отныне ты здоров и можешь идти домой, — подвёл итоги гуру.

Вечером сразу после ужина Садхир остановил гостя и как-то грустно объявил, что послезавтра рано утром отъезд.

— Ехать недолго, первую ночь заночуете в караван-сарае, а к вечеру следующего дня будете уже в Паталипутре. Поэтому собирайся в дорогу, Алахей.

— Да что мне собирать. Возьму дорожную сумку, вот и все сборы.

Весь следующий день прошёл в хлопотах. Собственно, в основном готовились к отъезду Ашока, набив вещами целую повозку. «Однако же основательно они учиться собираются» — Алексей уважительно проследил, как пыхтящие слуги перетаскивают очередную туго набитую корзину.

Собственные вещи уместились на дне рюкзака. Прямо в спальник завернул ларец с алмазами, туда же спрятал и перстень с изумрудом. Поверху бережно положил серебряную чашу, подарок Садхира.

«Так, с вещичками вроде как всё. А собственно ехать мне в чём? Если опять надену камуфляж, так у людей снова начнутся нездоровые ассоциации со всякими демонами. Придётся в местной одежде ехать, меньше вопросов будет, а на ноги сандалики эти смешные надену. Да уж, до нашей обуви им ещё далековато, даже левая и правая никак не различаются. Ввести что-ли новую моду? Пояс с брюликами от греха подальше надо тоже в рюкзак спрятать, а вот тесак на ремень, мало ли пригодится…. Чёрт, вот с самого детства какой-то неприятный мандраж перед дорогой. А всё мама приучила! Присядем на дорожку, присядем на дорожку вот и запало c детства!»

Вечером перед дорогой совсем не спалось. Взбивая подушку, беспокойно ворочался, мешая отдыхать спокойно дремлющему в ногах коту. Словно почувствовав упадническое настроение, Везунчик решительно взобрался на спину и басовито замурчал, по кошачьей привычке плавно перебирая лапами.

«Хоть и насекомое, а ведь тоже понимает…» — Алексей печально улыбнулся. Успокоившись, мало-помалу задремал.

Утром поднялся сильный ветер. Прощание вышло недолгим. За воротами ждала повозка раджи с верным десятком всадников.

— Приезжай к нам, Алахей, — прощаясь, тихо сказал Садхир.

— Если смогу, — честно ответил Алексей.

— Это возьмёшь с собой, — тоном, не терпящим возражений, произнёс старик, протянув звякнувший увесистый мешочек. — Пригодится.

Алексей хотел было возразить, но не посмел ослушаться, наткнувшись на строгий взгляд.

— Спасибо, — благодарно прижал руку к груди.

Садхир грустно улыбнулся и пошёл прощаться с внуком и сыном. На этот раз Суман решил оставить супругу дома.

И конечно так уж получилось, что Ашок и Васу дружно напросились в повозку к Алахею, предвкушая очередную сказку. Впрочем, Алексей и сам не возражал против маленьких пассажиров, надеясь очередной историей скрасить долгий путь.

Глянув на возню шустрой малышни, Суман улыбнулся и пересел в повозку раджи.

— Трогаемся, — небрежно махнул Вишал.

Поскрипывая колёсами, вереница повозок в сопровождении всадников медленно тронулась в путь. Алексей оглянулся. Садхир и все домочадцы молча смотрели вслед.

Ехать рано утром в открытой повозке было сплошное удовольствие. Встречный ветер приятно холодил тело и отгонял докучливых комаров.

Алексей время от времени рассеяно оглядывал буйные джунгли. После прошедших дождей зелень заметно вытянулась и загустела.

Ашок попросил сказку.

— Сказку? — усмехнулся Алексей. — Можно и сказку. Жил-был Алладин. Как-то раз нашёл он старую лампу…

Вслушиваясь в монотонный голос, поднятые с постели рано утром малыши начали клевать носом и уснули.