Она что-то сказала ему, но он не расслышал. Он встал. Он был королем. И все, что он делал, имело значение. Сколько людей сейчас удивленно смотрят на него и смеются над ним, обманутым мужем, над его слепой привязанностью к этой женщине, которая очаровала его, заставила на себе жениться, а потом изменяла с каждым мужчиной при дворе, который ей нравился!

Это был сигнал к окончанию турнира. Как можно продолжать турнир, если король больше не хочет смотреть. Анна была не слишком удивлена и не придала большого значения странному поведению короля. В последнее время он часто вел себя грубо по отношению к ней. Она подумала, что он поедет из Гринвича в Уайт-Холл, потому что последнее время он часто ездил в Лондон, где встречался с Джейн Сеймур.

Король действительно ехал в Уайт-Холл. Он приказал арестовать Рочфорда и Вестона, когда они уйдут с арены. Норрису он велел ехать с ним.

Он не мог оторвать взгляд от красивого профиля Норриса. В нем чувствовалось какое-то особое благородство, и это возмущало короля. Он был высоким, держался прямо. То, что у него был мягкий характер, можно было сказать по его великолепному профилю и постоянно улыбающимся губам. К нему можно ревновать. Король слышал, что Норрис собирается обручиться с Мэдж Шелтон, которая не так уж давно доставляла удовольствие ему, Генриху. Он одобрял этот выбор. Она была очень привлекательной женщиной – живой, умной и хорошенькой. Но король быстро устал от нее. Единственная женщина, от которой он не уставал так быстро, была Анна Болейн. А она… Его снова охватил гнев. Распутница! Сука! И нужно же было так случиться, чтобы он, который больше всего ценит в женщинах добродетель, женился на той, которая известна при дворе своим распутным поведением! Это уж слишком. Она знала, что он ценит добродетель в тех, кто находится с ним рядом. Она насмехалась над ним вместе со своим братом, Вестоном, Бриртоном и этим Норрисом…

Он наклонился вперед и сказал голосом, дрожащим от гнева:

– Норрис, я все о тебе знаю! Предатель!

Норрис чуть не свалился с лошади, так он был удивлен.

– Ваше Величество… Я вас не понимаю…

– Не понимаешь? Прекрасно понимаешь! Ха! Ты удивлен, ведь так? Не думай, что я такой дурак, что позволю своим слугам развлекаться с моей женой. Я обвиняю тебя в любовной связи с королевой!

– Сэр… Вы шутите…

– Я не шучу, Норрис, и ты это прекрасно знаешь!

– Значит, это ужасная ошибка.

– Ты еще осмеливаешься отрицать это? – возмутился король.

– Я решительно отрицаю это, Ваше Величество.

– Ты лжешь, Норрис. Но ты знаешь, что меня не так легко обмануть.

– Я могу только повторить, сэр, что я невиновен. Я не делал того, в чем вы меня обвиняете, – с достоинством произнес Норрис.

Кровь отхлынула от лица короля, и оно стало бледным. Вены на висках вздулись.

– Лучше бы ты не лгал мне, Норрис. Я не в таком настроении, чтобы слышать ложь. Сейчас же признайся мне во всем.

– Мне не в чем признаваться, милорд. Я не делал того, в чем вы меня обвиняете.

– Довольно! Прекрати! Ты, как и все при дворе, знаешь, как ведет себя королева.

– Уверяю вас, Ваше Величество, что ничего не могу сказать плохого о поведении королевы.

– Ты хочешь сказать, что не слышал ничего? Брось, Норрис! Я не в таком настроении, чтобы верить подобной болтовне.

– Я не слышал ничего, сэр.

– Норрис, я могу простить тебя – если ты признаешься в этом. Ты ведь знаешь, как я тебя любил.

– Я скорее готов тысячу раз умереть, милорд, чем обвинить королеву в том, чего она не делала. Моя совесть не позволит мне обвинить невиновного человека.

Король чуть не задохнулся от бешенства. Всю дорогу до Вестминстера он молчал. По приезде он вызвал к себе Фицуильяма, огромного человека, которого Кромвель назначил своим лейтенантом, и велел ему арестовать Норриса и отправить в Тауэр.

Уже за ужином во дворце в Гринвиче Анна поняла: что-то случилось.

Она спросила у Мэдж Шелтон:

– Где Марк? Кажется, его нет на обычном месте.

– Я не знаю, что случилось с Марком, Ваше Величество, – ответила ей Мэдж.

– Если я не ошибаюсь, я не видела его и вчера вечером. Надеюсь, он не болен?

– Не знаю, Ваше Величество, – ответила ей Мэдж, и Анна заметила, что кузина не смотрит ей в глаза. Девушка была чем-то испугана.

Несколько позже Анна сказала:

– Норриса тоже не видно. Странно, что их обоих нет. Где Норрис, Мэдж? Ты должна знать.

– Он ничего не сказал мне, мадам.

– Что? Он действительно не очень внимательный любовник. Я не разрешила бы ему так себя вести, Мэдж.

Голос у нее был напряженный. Она прекрасно знала, так же, как и Мэдж, что хоть и считалось, будто Норрис влюблен в Мэдж, на самом деле он был влюблен в королеву. Мэдж была очаровательна. Она привлекала к себе мужчин, но не могла удерживать их, как это делала ее кузина. Одно время в Мэдж был влюблен Вестон, пока не почувствовал глубокую и непреодолимую привязанность к королеве.

– Я не знаю, где он задерживается, – сказала Мэдж.