Он мог. Но ей об этом знать необязательно.

– Посмотри на это, – сказал он, глядя прямо на зеленые холмы, усыпанные разноцветными домиками. От моря доносился глухой рокот прибоя. – Вот что я называю действительно хорошими вещами. Какая разница, видишь ты их из окна обычной машины или «Мерседеса»? Ведь вид один и тот же.

Он увеличил скорость, и они помчались по ведущей на гору дороге.

– Вид тот же, но ощущения разные. И едешь плавно, и бензином не пахнет. А что ты, спрашивается, пристал ко мне? Какая тебе разница, что мне нравится?

– Мне любопытно знать твои жизненные устремления.

Она гневно возразила:

– Мы не занимаемся моими жизненными устремлениями.

– В любом случае интересно было выяснить твои приоритеты. – Он разочарованно опустил свободную руку на колено. Лили гонялась за деньгами. Тьфу!

– Деньги не являются моим приоритетом, – произнесла она с обидой. – Но я ценю качественные вещи, комфорт и свободу, которые может обеспечить хороший доход. Это, надеюсь, не предосудительно?

Джек засмеялся.

– Эй, да я всю жизнь только и делаю, что занимаюсь всякими предосудительными вещами. Нет, конечно, желание заработать – это неплохо. А вот жадность – порок.

– Жадность? – Она повернулась на своем сиденье, чтобы видеть его лицо. – Нет ничего плохого в том, чтобы заработать себе на жизнь. И жить комфортно и в безопасности. И если у тебя есть хорошая машина и красивая одежда, то это тоже весьма неплохо.

Джек понял, что задел девушку за живое, и, запомнив ее слова, решил поменять тему.

– Так как же ты стала имиджмейкером? – спросил он через минуту. Не дождавшись ответа, задал более конкретный вопрос: – Ты посещала специальные курсы или просто продвинулась по работе?

– Ходила на специальные курсы, – пробормотала Лили, глядя в окно. – А ты как попал в рекламный бизнес?

– Так же, как и в любое другое место, – через черный ход. Я умею делать эскизы. Умею писать. В общем-то, это единственная работа, на которую мог устроиться такой нонконформист, как я. – Он прикрыл глаза на секунду. – Вернее, бывший нонконформист.

– Джек, тебе нужно будет просто следовать некоторым правилам, – сказала она быстро. – Неужели это так уж тяжело?

Он положил руку ей на бедро, сразу почувствовав сквозь ткань брюк, как напряглись ее мышцы.

– Мы с правилами светского тона не такие уж большие друзья.

Девушка не сделала ничего, чтобы скинуть его руку.

– Считай это просто игрой, Джек. Ты же любишь игры. Пусть они думают, что ты всему соответствуешь, покупка состоится, все будут довольны, а ты будешь выполнять ту же работу, что делал всегда.

– С тобой все кажется таким простым.

– А в этом и заключается моя работа, – сказала она. – И помни, что это все ради благого дела.

Джек украдкой любовался, как ветер играет ее волосами, раздувая их в разные стороны, так что девушке приходилось часто их поправлять.

– Поверь, если дело было бы не благое, я повернул бы машину, и мы бы провели целую неделю совершенно иначе.

– Дай-ка догадаться. Лежа в постели? Он пожал плечами.

– Или сидя на крыше дома, наблюдая, как солнце садится за океаном. Или, может быть, занимались любовью в этом джипе, прямо на заднем сиденье. – Джек видел, что Лили силится скрыть улыбку. – Опять же, есть парусная лодка Регги, так что мы могли бы заняться тем же благим делом, покачиваясь на волнах.

– О, я еще никогда не плавала на парусной лодке.

– Хорошо, мы поплывем до Кейп-Коуда на этой неделе.

– До Кейп-Коуда? А мы успеем обернуться туда и обратно за один день?

Джек сузил глаза, высчитывая.

– Это займет максимум около четырех часов, даже если идти против ветра. Но мы можем остаться на ночь у моей сестры в Рокингеме. Если она не ляжет в больницу по случаю родов.

– Она беременна?

Мужчина кивнул.

– Да. У нее будет девочка. А ты хочешь детей, Лили?

Если смена темы и удивила ее, то она не подала виду.

– Сейчас мне не до детей. Я слишком занята тем, чтобы самой удержаться на плаву. А ты?

Он не стал юлить или отвечать банальностями, а сказал, что думал:

– Мне нравится поздно вставать и делать то, что я захочу, когда захочу. Если у меня появятся жена и дети, то с моей свободой, вероятно, будет покончено.

Он повернул налево, к торговому центру, высматривая место для парковки. Прямо перед ним тут же освободилось место.