— Нет, не из-за мамы, — ответила она.

— Может быть, из-за Лизы?

— О нет!

— Тогда из-за чего же? — воскликнул он. — Почему бы тебе не согласиться? Не вижу причин для отказа… Надеюсь, — добавил он, крепче сжав руку Карлы, — не из-за нежных чувств к другому.

Карла посмотрела на него. Первым ее побуждением было отвергнуть его. Но теперь она ясно видела, что ждет ее впереди.

«В самом деле, почему я должна отказать ему, если уже ему отдалась, пусть не душой, но телом?» Она вся словно окаменела. Доводы Лео ее не убедили, о нет! «Мы не любим друг друга, — подумала она. — И брак наш будет несчастливым». Но доводы Микеле показались ей просто ребяческими. «Жизнь не меняется. И никогда не изменится. Лео прав… Лучше нам пожениться». И она уже готова была покориться судьбе, ответить ему с робкой, стыдливой улыбкой: «Я согласна» (она даже представила себе трогательную сцену — Лео, ее будущий муж, обнимает ее за талию и целует в лоб), — как вдруг из глубины гостиной донесся громкий, страстный голос Микеле: «Ради бога, Карла, ради бога, откажи ему!»

Лео и Карла разом обернулись. Микеле стоял посреди комнаты и, казалось, сам устыдился своего порыва.

Лео вскочил и стукнул кулаком по столу.

— Может, ты уймешься?! — завопил он. — Может, ты наконец перестанешь вмешиваться не в свои дела?

Микеле шагнул ему навстречу.

— Это моя сестра, — сказал он,

— Да — твоя сестра! — повторил Лео. — Ну и что? Она что, не имеет права сама выбрать себе мужа?!

Он снова уселся в кресло.

— Послушай меня, Карла… — сказал он. — Не обращай внимания на советы твоего брата… Он сам не знает, что говорит.

Но Карла повелительным жестом велела ему замолчать.

— Почему я должна ему отказать? — спросила она, повернувшись к Микеле.

Тот замялся. Потом пробормотал:

— Ты его не любишь.

— Довод не слишком убедительный… Можно жить вместе и без любви.

— А наша мать?

— О, мать! — Карла пожала плечами. — Она не будет нам помехой.

Она умолкла.

— Карла, — не сдавался Микеле. — Ты должна ему отказать… Уже хотя бы потому, что я тебя об этом прошу… Если ты выйдешь замуж за Лео… все пойдет прахом…

Голос его дрожал.

«Конечно, — думала она, внимательно глядя на брата, — ничего хорошего мне этот брак не сулит». Но после крушения всех радужных надежд на новую жизнь она сейчас отчетливо представляла себе реальное положение дел.

— Что же я получу взамен? — резко спросила она.

— Взамен?!

Микеле посмотрел на сестру. В глазах Карлы стыло спокойствие. Щеки казались черными, лицо обрамляла темная масса волос.

— Что получишь взамен?… Свободу. Сможешь свободно начать новую жизнь.

Карла ничего не ответила.

— Не думай, что я притворяюсь, лгу, — добавил он, пораженный тем, как неубедительно звучат его ничего не значащие фразы. — Я сам примерно в таком же положении… Но рано или поздно… Рано или поздно мы отыщем путь к новой жизни.

Не отрывая взгляда от окна, Карла недоверчиво покачала головой.

«Поверь мне, Карла!» — хотелось ему крикнуть сестре. Лео презрительно усмехнулся.

— Слова. Одни слова, — сказал он. — Не бывает жизни новой и жизни старой. Она такая, какая есть.

Карла стремительно повернулась к Лео.

— Значит, Лео, ты предлагаешь мне стать твоей женой? — с вымученным кокетством спросила она.

— Конечно, — решительно ответил он.

— А ты не боишься, что наш брак будет неудачным? Я так уверена, что ты мне со временем изменишь, — спокойно добавила она.

«Это ты мне со временем изменишь, шлюшка моя», — подумал Лео, глядя на ее большую голову, оставшуюся в тени. Он хотел слегка шлепнуть ее по груди, шутливо и бесстыдно. Ведь всего несколько минут тому назад она, голая, белокожая, извивалась под ним, как неопытный зверек. «Я женюсь на шлюхе», — повторил он про себя. И протянул ей руку.

— Клянусь, — торжественно произнес он, — что всегда буду тебе верным мужем.

— Карла, — повторил Микеле, — откажи ему. Он подошел к ней и положил руку на плечо. — Откажи ему… Есть причина… Я скажу тебе о ней потом.

Карла молча смотрела в окно. Ее голова казалась несоразмерно большой в сравнении с узкими худыми плечами.

Было уже очень поздно. Последние лучи света растаяли на мокрых стеклах. Шел дождь. В комнате стало совсем темно. Свет луны выхватывал из тьмы лишь странно осунувшиеся лица и лежавшие на столе руки.

— Мне пора, — сказала наконец Карла. И встала,

— Каков же будет ответ? — спросил Лео. Он тоже встал, ощупью добрался до стены, зажег люстру. Яркий свет ослепил их, они изумленно посмотрели друг на друга. Карла и Микеле, стоявшие рядом у окна, растерянно глядели на Лео, прислонившегося к двери, И тут впервые Лео бросилось в глаза сходство между братом и сестрой: то же робкое выражение лица, тот же неуверенный жест руки. На лице Карлы была написана усталость, она украдкой потерла ладонью глаза, обведенные темными кругами. Лицо Микеле выражало грусть и смятение. И оба они, как показалось Лео, смотрели на него с испугом.