Вслед за Кейсом Вилсон и женщины вошли в передний холл. Анника, крепко прижимая к себе Бейби, осталась стоять, где стояла. На мгновение Кейс остановился и бросил беглый взгляд на Аннику с Баком и Пэтси. Затем откашлялся и предложил Ленарду с Мэри выпить с ним на кухне по чашке кофе.

– Что вы на это скажете, миссис Мак-Гир? – обратился он к старой шотландке.

Мэри бросила Пэтси предостерегающий взгляд.

– Ведите себя прилично, ваше величество, вы меня слышите?

Пэтси, проигнорировав ее слова, уставилась на что-то за спиной Анники.

Не зная, что может выкинуть его сестра, но понимая, что она на многое способна, Бак весь напрягся в ожидании самого худшего.

– Может, будет лучше, если я отнесу Баттонз на кухню? – спросил он шепотом Аннику.

– Баттонз ребенок Пэтси, Бак. Она имеет право ее видеть, – ответила так же шепотом Анника и, повысив голос, обратилась к Пэтси: – Может, мы все пройдем в гостиную?

Пэтси, казалось, не слышала слов Анники. Мгновение она не отрываясь смотрела на Бака, затем вскинула голову и громко, ясным, звонким голосом произнесла:

– «Не было цариц, обманутых бессовестней. Я сразу предвидела измену».

– Я был вынужден так поступить, Пэтси. – В голосе Бака звучала откровенная печаль. – Я был вынужден поселить тебя в безопасном месте, ради твоего же собственного блага и блага ребенка.

– «Ты… как оказалось, и великий лжец», – проговорила с горечью Пэтси.

Напуганная этим странным разговором, а еще больше отсутствующим выражением в глазах Пэтси, Анника крепче обняла Баттонз. Взгляд девочки был прикован к удивительной женщине, которая говорила так чудно и была поразительно похожа на Бака.

Бак поднял глаза на лестницу, ведущую на второй этаж, где спали Роза с Джозефом, затем посмотрел в сторону кухни, откуда доносились голоса Кейса, Вилсона и Мэри Мак-Гир.

– Давайте-ка пройдем в гостиную.

Анника пошла вперед. Бак мгновение помедлил и, лишь убедившись, что Пэтси последовала за Анникой, прошел за женщинами в гостиную и закрыл за собой дверь. По-прежнему полная решимости привлечь внимание Пэтси к Баттонз, Анника сказала:

– Пэтси, это Баттонз. Она твоя дочь. Пэтси подняла брови, посмотрела с презрением на ребенка и холодно произнесла:

– Дитя не может быть моим. Смотри! Дитя Египта положили в тростниковую корзину, и воды Нила приняли ее. Она, как говорят, живет сейчас средь древних пирамид.

Бак скрестил на груди руки. Нужно было во что бы то ни стало убедить Аннику в тщетности ее усилий.

– Это тот ребенок, Пэтси, которого ты пыталась сбросить с крыши, и, если бы я не остановил тебя, она была бы сейчас мертва.

В немом изумлении Анника уставилась на Пэтси, не в силах понять, как такая на вид сдержанная женщина могла когда-то обезуметь настолько, что попыталась убить собственного ребенка.

Пэтси обратила взгляд на Баттонз, и ее глаза расширились.

– «Теперь мне только ужасы желанны, а не успокоенья. Я хочу нагореваться вволю, соразмерно огромности удара».

– Как это понять? – спросила Анника шепотом у Бака.

– Она опять цитирует Клеопатру.

– Мне было велено принести дитя в жертву, ибо, поскольку Он призвал Авраама и приказал ему принести в жертву Исаака, как могла я, царица Египта, удовлетвориться меньшим даром Господу? – Пэтси замолчала, переводя взгляд с Анники на Бейби и обратно.

Бак повернулся к Аннике, и при виде глубокой печали в его глазах она едва не кинулась ему на грудь.

– Она путает библейские истории с «Антонием и Клеопатрой». Эти две книги были единственными, которые имелись у нас в доме, не считая медицинского справочника.

Решив, очевидно, что визит окончен, Пэтси направилась к двери.

– «Угас наш свет, лампада догорела».

На лице Бака появилось мрачное выражение.

– Думаю, теперь ты понимаешь, почему я так мало говорил тебе о Пэтси и остальных членах моей замечательной семейки?

– Все это не имеет никакого значения, Бак.

– Для меня имеет.

Анника давно уже догадалась, что внезапное появление Пэтси было делом рук Кейса, его новой попыткой задержать Бака на ранчо. И сейчас, видя в глазах Бака глубокую печаль, в который уже раз пожалела, что эта идея: пришла брату в голову.

Пэтси подошла к двери и остановилась, явно не желая открывать ее сама. В следующий момент Анника с Баком услышали:

– «Тебя отсюда отзывает честь».

Бак тут же подошел к сестре.