– Чего явилась?

– Дык на поезд билетов нет, – пробормотала юная алкоголичка, – мне спать негде.

– У нас не гостиница!

– Одну ночку только, – бубнила девица, – вот туточки, на коврике, завтра, честное благородное, уйду, ей-богу.

Но долгая жизнь среди алкоголиков научила меня не верить ни единому слову, произнесенному в пьяном угаре.

– Убирайся.

– На улицу гонишь, – зашмурыгала девчонка носом, – родственницу в подъезд вышвыриваешь!

– В каком мы, интересно, родстве, а?

– Мать я твоему ребенку, – прогундосила пьянчуга и, быстрым жестом отпихнув Кристю, ввалилась в гостиную.

Мы кинулись за ней. Увидав нахалку, плохо держащуюся на ногах, Тамара побледнела, а Ирина, инстинктивно почувствовав опасность, прижала к себе Костика.

– Здравствуйте, – вежливо сказала Анелия Марковна, явно обрадованная появлением на горизонте нового, «необстрелянного» слушателя.

– Костик, – засюсюкала Рая, протягивая руку к младенцу. – Золотце мое, кровиночка.

– Как это? – удивилась Анелия, – чего она говорит?

– Не видите, пьяная, – быстро ответила Томуся. – Вилка, уведи ее!

Я потянула Райку за руку. Не тут-то было, девчонка упиралась изо всех сил и орала:

– Сыночка отняли, купили ироды у матери родной…

– Что она говорит? – поинтересовалась дама.

Я лихорадочно думала, что сказать, с тревогой наблюдая, как лицо Иришки начинает заливать синева. Тамара первая сообразила, как поступить. Моя подруга человек исключительной, можно сказать, патологической честности. Врать она не умеет, у нее просто не получается говорить неправду. Поэтому представьте мое изумление, когда Томуся закатила глаза и принялась вдохновенно вещать:

– Ах, дорогая Анелия Марковна, в семье не без урода. Раиса – родная дочь Виолы. Бедная моя сестра родила девочку очень рано, без мужа. Любила, конечно, безоглядно, все разрешала… И вот результат – дочь начала пить в четырнадцать лет! Как напьется, буянит, глупости несет, прямо уши вянут, правда, Кристя?

Кристина кивнула и добавила:

– А еще дерется, вещи из дома тырит, вот ее и отселили на другую квартиру.

– Естественно, – пела Томочка, – нигде не учится и не работает, сидит у матери на шее.

– Как деньги кончаются, – подхватила Кристя, – сразу назад и давай у Вилки клянчить…

– А та дает, – докончила Тамара, – мать все-таки, жалостливая… Уж извините, никак не предполагали, что сегодня явится. Эй, Раиса, хочешь пятьсот рублей?

– Ясное дело, кто ж откажется, – промямлила пьянчуга.

– Иди уж с матерью, – вздохнула Тома, – она сейчас даст, не позорь нас перед гостями!

– Она мне не мать, – качалась Рая.

Я подхватила ее под локоть.

– Двигай, дочурка, в спальню, кошелек там.

Кристина ухватила алкоголичку за другую руку, и вместе мы вытащили упирающееся убожище в прихожую.

– Какой ужас, – сказала нам вслед Анелия Марковна, – вот уж несчастье, так несчастье. Впрочем, в Лондоне мы как-то раз…

Поняв, что начался следующий виток охотничьих историй, я вцепилась Раисе в плечи:

– А ну, говори, где живет твоя мать? Куда ехать собралась?

– Так в Качалинске, – почти трезво ответила девчонка, – в полночь с Казанского вокзала, только билетов все равно нету!

– Кристя, бери ее сумку, – велела я.

На проспекте я принялась ловить машину. Ехать в метро с пьяной бабой не хотелось. Чтобы она не орала, пришлось купить в ларьке банку джина с тоником и сунуть ее в грязные лапы Раи. Та принялась высасывать горькую жидкость и временно утихомирилась.

Поезд до Качалинска уже стоял на третьем пути, когда мы подволокли Раису. В одиннадцатом вагоне нам отказали, в десятом тоже, в девятом молодая бойкая девица в синем форменном костюме задумчиво произнесла:

– Напарница заболела, аппендицит приключился, по скорой отправили. Могу вашу красавицу в служебном купе на верхней полке провезти.

– Лучше под полкой, в отделении для чемоданов, – зло прошипела я.

Проводница радостно засмеялась:

– Достала небось вас. Только за дешево не возьмусь.

– Сколько?

– Сто долларов.

Тяжело вздохнув, я полезла за кошельком. Мне, чтобы заработать такую сумму, надо дать десять уроков, но оставлять Раису в Москве нельзя. Так и будет каждый день приходить. Небось через неделю Ирина, Даня и Анелия Марковна уедут, тогда и подумаем, как поступить с Райкой.