— А сколько человек вы уже послали за ней? — поинтересовался Индеец.

— А почему ты решил, что мы кого-то уже посылали? — в свою очередь, спросил Тридцать Два.

Индеец улыбнулся.

— Вы бы не стали нанимать убийцу, отбывающего срок, если бы ваши агенты могли с ней справиться.

Какую-то минуту Тридцать Два внимательно вглядывался в лицо Индейца.

— Мы послали восемь человек. Ни один из них вернулся. Нашей целью было вывезти ее с планеты ил уничтожить на месте. Но недавно пришли новые инструкции, и теперь у нас нет выбора.

— А что случилось с восемью агентами? — поинтересовался Индеец.

— Семеро из них мертвы.

— А восьмой?

Тридцать Два пожал плечами.

— Он все еще там.

— Но вы потеряли к нему доверие?

— Нет. Из того, что я знаю о нем, он прекрасный агент.

— Тогда почему вы больше на него не рассчитываете?

— Я же сказал: изменилась политика. Только вчера пришли новые инструкции, по которым нам надлежит уничтожить ее. А человек, которого мы послали и который уже действует в пределах системы Альфы Крепелло, получил указания вывезти ее с планеты живой.

— Так если он уже там, почему бы вам просто не передать ему новые инструкции?

— Он действует совершенно секретно на территории противника, — ответил Тридцать Два, — и мы не хотим выдать его попытками войти с ним в контакт. — Он скорчил гримасу. — К тому же он с Внутренней Границы и никак не расположен проявлять лояльность по отношению к Республике. Фактически он всего лишь исполнитель контракта. Он предан тому, кто ему платит, а его наниматель может иметь веские причины личного характера для того, чтобы хотеть вывезти Пифию с планеты.

— Ну если уж вы так боитесь, что он завалит вам всю работу, то почему бы его не выдать властям планеты?

— Если он действительно сумел войти с ней в контакт, чего не удалось ни одному предыдущему нашему агенту, то мне бы очень хотелось знать, как он это сделал. Кроме того, — продолжал Тридцать Два, — трудно иметь какое-либо прикрытие, когда действуешь против человека, способного видеть будущее. У меня нет ни малейшего сомнения: она уже наверняка знает, что он там.

— Не понимаю, — задумчиво произнес Индеец, нахмурившись и взъерошив нестриженые черные волосы. — Если она знает, что он там, то почему она не выставит его с планеты? И почему ты так заинтересован в том, чтобы следить за ним?

— Она прекрасно видит, что будет происходить в будущем, но не думаю, чтобы она могла видеть то, что происходит в настоящем, — ответил Тридцать Два. — Одним словом, она знает, что он хочет похитить ее в некоторый момент будущего, но она представления не имеет, где он находится сейчас.

— А ты в этом уверен? — с сомнением сказал Индеец. — Может, еще час назад она знала, где он теперь.

Тридцать Два вздохнул:

— В том-то и дело. Мы ни в чем не уверены. Мы имеем некоторое представление о ее способностях, когда ей было шесть лет от роду. Наши ученые просто экстраполируют, чтобы понять, до какой степени они могли развиться к данному времени.

— Выходит, вы не знаете о ней почти ничего, так? — спросил Индеец.

— Нет, не знаем, — признал Тридцать Два. — Вот почему мы и не хотим провала этого агента. Так что, если уж никто из моих людей не в состоянии добраться до нее, этот парень по крайней мере отвлечет на себя ее внимание. А если ей придется заниматься вами двоими и при этом он будет представлять для нее более непосредственную угрозу, то у тебя может оказаться неплохой шанс.

— Хочешь совет?

— Я был бы благодарен за любой совет, который помог бы делу, — сказал Тридцать Два, качнув седой головой.

— Оставь ее в покое. Судя по тому, что ты мне рассказал, эту женщину вообще невозможно уничтожить. Вы ее только разозлите, и больше ничего.

— Это надо понимать так, что ты отказываешься от моего предложения?

— А кто говорит, что я отказываюсь? — спросил Индеец.

— Но…

— Да я лучше погибну с оружием в руках, чем буду гнить в этой паршивой камере. — Он сделал паузу и пристально посмотрел на Тридцать Два. — То есть если у меня останутся руки после той операции, о которой ты говорил.

— Никаких сомнений, — ответил Тридцать Два. — Могу обещать, что в ходе операции твоя внешность никоим образом не пострадает.

— Слышал, слышал, — отмахнулся Индеец. — Ты мне это уже говорил. Единственное, чего ты мне так и не сказал: что вы вообще собираетесь делать со мной?

— Мы собираемся вживить тебе в мозг голографический трансмиттер, — ответил Тридцать Два. — Твой левый глаз заменят на искусственный. Он будет совершенно идентичен твоему даже по рисунку радужной оболочки, он так же будет соединен с твоим зрительным нервом и ты сможешь видеть так же, как и своим настоящим глазом, но в то же время трансмиттер будет передавать нам изображение всего, что увидишь ты. К тому же в твою ушную раковину будут имплантированы микроскопические передатчик и приемник. Все, что ты услышишь, услышу и я, и я смогу разговаривать с тобой таким образом, что никто, кроме нас двоих, ничего не услышит.