В моем дворце появилась неожиданная гостья — Нюгуру. Раньше она никогда до таких визитов не снисходила.

Я была уверена, что все дело в том, что Сянь Фэн целые ночи проводит со мной. Не возникало ни малейших сомнений, что ее евнухи шпионят для нее, точно так же, как Ань Дэхай шпионит для меня.

Я встревожилась, однако в панику постаралась не впадать.

Стройная, словно цветущая магнолия, она приветствовала меня легким поклоном головы и неглубоким приседанием. Ее красота снова произвела на меня ошеломляющее впечатление. Будь я мужчиной, то никогда бы с ней не расставалась. Она была одета в шелковое платье абрикосового цвета, которое делало ее похожей на богиню, спустившуюся с небес. Во всех ее движения сквозило прирожденное благородство. Блестящие черные волосы были зачесаны вверх в форме гусиного хвоста. На лбу красовалась золотая диадема, украшенная ниткой жемчуга. В ее присутствии я тут же потеряла уверенность в собственной красоте. Мне в сердце моментально закрались сомнения: взгляни Сянь Фэн на нее повнимательнее, и его любви мне больше не видать.

Согласно правилам, я должна была упасть на колени и поклониться ей до земли. Но она быстро подошла и удержала меня под руку прежде, чем я смогла выполнить предусмотренный ритуал.

— Моя дорогая младшая сестра, — сказала она, обозначая таким обращением свой ранг. На самом деле она была на год младше меня. — Я принесла тебе один удивительный травяной чай и грибы, присланные мне из Маньчжурии. — Она махнула рукой, и евнухи выступили вперед и подали мне красиво оформленную желтую коробку.

В голосе Нюгуру я не заметила ни малейших признаков тревоги или ревности.

— Вот это прекрасный образец растения тан кью, — продолжала Нюгуру, вынимая из коробки какой-то сухой корешок. — Его собирают высоко в горах, выше границы облаков. Он питается ветрами и дождями. Каждому такому корешку тридцать лет и даже больше. — Она села и взяла в руки чашку с чаем, которую подал ей Ань Дэхай. — А ты возмужал с тех пор, как я видела тебя в последний раз, — с улыбкой обратилась она к Ань Дэхаю. — Я и для тебя приготовила подарок. — Она снова махнула рукой, и евнухи принесли другую, на этот раз голубую коробочку.

Ань Дэхай бросился на пол и, прежде чем принять подарок, долго стукался головой об пол. Потом наконец он взял коробочку и на коленях подполз к ногам Нюгуру.

— Ань Дэхай не заслуживает такой чести, Ваше Величество! — сказал он.

— Встань, — улыбнулась Нюгуру, — и порадуй себя немного.

Я ждала, что она вот-вот заговорит о нашем общем муже, что она выразит мне по этому поводу свое негодование. Мне даже хотелось, чтобы она сказала что-нибудь оскорбительное. Но ничего подобного — она сидела совершенно спокойно и попивала свой чай.

Я терялась в догадках, откуда у нее берется такая внутренняя сила, которая помогает ей держать себя столь величественно и спокойно. Будь я на ее месте, я бы наверняка не выдержала подобной роли. Я бы возненавидела свою соперницу и пожелала оказаться на ее месте. Что же заставляет ее вести себя столь сдержанно? А может быть, она уже разработала план моего уничтожения и теперь только прикидывается, чтобы ввести меня в заблуждение?

Ее спокойствие совершенно меня доконало. Я больше не могла терпеть и сама начала исповедоваться. Я доложила ей, что император Сянь Фэн проводит ночи со мной. Я просила ее прощения и беспокоилась только о том, чтобы мой голос звучал как можно более искренне.

— Но ты ведь не сделала ничего плохого, — ответила она безмятежным тоном.

Совершенно обескураженная, я продолжала:

— Ах, нет, сделала! Я не спросила вашего совета! — Мне было трудно продолжать в таком тоне. И своих эмоций я тоже не могла дольше скрывать. — Я... испугалась потому, что не знала, как лучше вам доложить. Потому, что придворный этикет для меня не слишком знакомая область. Очевидно, мне следовало держать вас в курсе событий. И теперь я готова подвергнуться вашему осуждению. — В горле у меня пересохло, и я сделала несколько глотков из чашки.

— Ехонала. — Нюгуру поставила на столик свою чашку и вытерла губы уголком носового платка. — Ты беспокоишься по причине, которая не стоит беспокойства Я пришла сюда не для того, чтобы требовать обратно императора Сянь Фэна. — Она встала и взяла меня за руки. — Я пришла сюда по двум причинам. Первая, разумеется, связана с тем, что я хочу тебя поздравить.

Внутренний голос шептал мне, что такого быть не может. Нюгуру не могла благодарить меня за то, что я увела у нее императора Сянь Фэна. Я не верила в ее искренность.

Словно читая мои мысли, Нюгуру сказала:

— Представь себе. Я счастлива за тебя и за себя.

Я поклонилась ей, как того требовал этикет. Однако выражение лица меня выдало. На нем было явственно написано: «Я тебе не верю!».

Впрочем, если Нюгуру и прочла эти чувства на моем лице, то не нашла нужным на них отвечать.

— Видишь ли, сестра, — продолжала она мягким и бесстрастным тоном, — ранг императрицы значительно расширяет сферу моих забот. Тебе даже трудно себе это вообразить. Меня научили, что в тот момент, когда я войду в императорский дворец, то не просто стану женой Его Величества, но одновременно и покровительницей всей императорской семьи. Благополучие династии окажется всецело на моем попечении. В мои обязанности входит следить за тем, чтобы мой муж достойно выполнял свое предназначение. А одно из главных его предназначений — произвести на свет как можно больше наследников. — Она замолчала, но выражение ее глаз оказалось красноречивее слов: «Теперь ты понимаешь, Ехонала, что мне есть за что тебя благодарить?».