К счастью, тут к Воротам небесной чистоты прибыл паланкин моей матери. Увидев ее, я ударилась в слезы. Как она постарела! Как беспомощно опирается на руки Ронг и Гуй Сяна! Не успела я договорить слова церемониального приветствия, как она перебила:

— Поздравляю тебя, Орхидея. Я уж и не думала дожить до такого дня, когда увижу своего внука!

— Наступил радостный момент! — громко провозгласил главный евнух Сым. — Музыка и фейерверки!

В сопровождении евнухов, специально обученных ритуалу, я двинулась сквозь толпу, предварительно испросив разрешения у Его Величества, чтобы моя мать находилась рядом со мной. Император такое разрешение дал. Мои родные были так счастливы, что плакали навзрыд. Мать склонилась над колыбелью своего внука и впервые заглянула в его лицо.

— Теперь я готова отойти к предкам и спокойно встретиться с твоим отцом, — сказала она.

Когда мы расселись, Ронг и Гуй Сян рассказали мне, что показывали мать лучшим докторам в Пекине, ее здоровье оставляло желать лучшего. Я взяла мать за руку. По обычаю, моя семья не имела права оставаться в Запретном городе на ночь, и после окончания церемонии все они должны были покинуть священную территорию. Нюгуру пригласила меня участвовать в торжественной встрече членов государственного совета, но я отказалась от этой чести, потому что меня не покидала мысль, что, возможно, свою мать я больше не увижу никогда.

— Не думай об этом как о трагедии, Орхидея, — говорила мать, пытаясь меня успокоить. — Смерть для меня — это настоящее облегчение, если учесть те боли, которые я постоянно испытываю.

Я положила голову ей на плечо, не находя слов, чтобы ответить.

— Постарайся не портить торжественный момент, Орхидея, — улыбалась мать.

Я постаралась принять веселый вид. Мне казалось нереальным, что столько народу собралось здесь ради моего сына. Гуй Сян смешался с толпой, и его смех слышался то тут, то там. Я поняла, что рисовое вино начинает действовать. Что касается Ронг, то за то время, пока мы с ней не виделись, она очень похорошела, хотя и несколько похудела.

— Будущее Ронг еще не устроено, вот что меня беспокоит, — со вздохом сказала мать. — Ей не так посчастливилось, как тебе. Ни одного достойного предложения. А ведь ей уже двадцать один год.

— Я кое-кого имею на примете для Ронг, — сказала я.

— Да что ты говоришь? Поскорее скажи мне его имя, а то мне не терпится.

— Это принц Чунь, седьмой брат императора Сянь Фэна, который недавно овдовел.

Мать была потрясена

— Тем не менее, — предупредила я, — «вдоветь» по здешним понятиям не значит не иметь других жен или наложниц. Это всего лишь значит, что должность главной жены оказалась вакантной.

— Понимаю, — согласно покивала головой мать. — Но все равно принц Чунь будет для Ронг блестящей партией. В доме принца она будет занимать то же самое место, что Нюгуру в императорском доме, так ведь?

— Все правильно, мама, — ответила я. — Но это случится, только если она сможет ему приглянуться.

— О чем еще может просить такая семья, как наша? Для своих детей я всегда хотела только одного — чтобы они не знали голода. Мой брак с твоим отцом был устроен по семейной договоренности. Перед свадьбой мы с ним даже ни разу не виделись. Но тем не менее все у нас обернулось совсем неплохо, не правда ли?

— Более чем неплохо, мама

Мы крепко взялись за руки и некоторое время помолчали. Потом мать сказала:

— Я думаю, что если этот брак с принцем Чунем сладится, то вы с Ронг станете еще ближе друг другу. Мое последнее желание на земле — чтобы вы заботились друг о друге. Кроме того, для безопасности Тун Чжи еще один глаз при дворе может стать совсем не лишним

Мудрость матери меня очень растрогала.

—А теперь иди к сестре, Орхидея, — продолжала мать, — и дай мне хоть немного побыть со своим внучком.

Я отыскала Ронг и увела ее в сад. Мы сели в одной из каменных беседок, и я раскрыла перед ней свои намерения, а также упомянула о согласии матери. Ронг обрадовалась, услышав, что я своих обещаний не забыла.

— А я понравлюсь принцу Чуню? — спрашивала она — А что нужно делать, чтобы подготовить себя к свадьбе?

— Сперва надо удостовериться, что он тебя заметил. Но главный мой вопрос к тебе, причем решающий, другой: сможешь ли ты перенести все те испытания и трудности, которые перенесла я?

— Испытания? Какие испытания? Ты, наверное, шутишь?

Реакция сестры меня сильно обеспокоила. Ронг даже не понимала, о чем идет речь.

— Ронг, моя жизнь вовсе не такая, как кажется на посторонний взгляд. И ты должна это знать заранее. Я не хочу, чтобы потом ты обвиняла меня в своих разочарованиях. Я не хочу быть причиной трагедии.

Ронг вспыхнула

— Но, Орхидея, я хочу всего лишь получить в жизни такой же шанс, как и ты! Я хочу, чтобы мне завидовали все женщины в Китае! — Она улыбалась ясной улыбкой.