Отогнав неприятные воспоминания, я сердито ответила сыну:

– Ударилась лицом о ларек!

Кешка замер с чашкой в руке.

– Обо что?

– О ларек, ну такая лавка, где всякой ерундой торгуют.

Сын расхохотался, но комментировать ситуацию не стал. Мне же пришла в голову замечательная мысль, как можно использовать ситуацию с больным глазом, только бы Александр Михайлович оказался на месте.

Полковник сидел у телефона.

– Ты внизу? – недовольно спросил он. – Чего надо?

– Поднимусь, расскажу, выпиши пропуск.

Когда я вошла, он мрачно глянул на меня из-за абсолютно чистого стола – всегда убирает все бумажки и папки при моем появлении.

– Видишь ли, – завела я, – попала в неприятную ситуацию.

– Ничего нового, – вздохнул полковник и поинтересовался, – нашла труп?

– Упаси бог!

– ДТП?

– Можно, конечно, назвать данный факт дорожно-транспортным происшествием…

– Короче.

Я сняла очки. Александр Михайлович выскочил из-за стола.

– Господи, кто это тебя так? Опять нос в чужие дела совала?

А еще полковник. Полное отсутствие логического мышления, если совать нос, то его и оторвут, глаз-то при чем? Но объяснять приятелю его ошибку не стала.

– Вчера пошла вечером гулять с Банди и решила купить шоколадку. Встала у ларька, вдруг рядом тормозят «Жигули» темного цвета, выскакивает здоровенный мужик, похоже, пьяный, отталкивает меня, я падаю, ударяюсь об угол палатки, а он покупает бутылочку пива и уезжает.

– Мерзавец!

– Вот именно. Теперь скажи, можно по номеру машины установить владельца?

– Запросто, только зачем? Лучше забудь и не связывайся с подобной личностью.

– Понимаешь, на прилавке лежали мои перчатки, и он их прихватил.

– Купи новые.

– Обязательно. Только в старых лежала связка ключей от квартиры, от машины, от подвала…

– Сто раз тебе твердил: не держи все ключи на одном брелоке, – занудил приятель, набирая какой-то телефонный номер, – нет, хочется потерять весь комплект разом! Убоище!

И тем не менее через некоторое время передо мной возник листочек.

Сытин Виктор Семенович. Налимовский проезд, д. 2, телефона нет. Поблагодарив приятеля, я отправилась домой и принялась искать в атласе таинственный проезд. Старое Солнцево! Неблизкий свет, и телефон отсутствует. Приеду и ткнусь носом в запертую дверь.

О проезде не слышали даже аборигены. Я долго крутилась по улицам, сверяясь с картой. Атлас выпущен в 1997 году, и в нем четко указан небольшой проулочек, но в действительности проезда нет, кругом стоят «ракушки». Наконец между гаражами мелькнул небольшой пятачок. Там нашелся деревянный дом, настоящая избушка. Торец украшала табличка – Налимовский, 2, а на почтовом ящике у входа виднелась наклеенная бумажка – Сытин. Ну наконец-то!

Звонка нет и в помине, на ручке висит обычный молоток. Я принялась колошматить в дверь. На стук выглянул дряхлый старик.

– Здравствуйте, – вежливо сказала я, – можно Виктора Семеновича?

Дедок несколько секунд смотрел вдаль, потом исчез и вернулся, засовывая в ухо пластмассовый наушник слухового аппарата. Я повторила вопрос.

– Витька тебе? – переспросил старичок. – Ступай в комнаты.

Внутри обнаружились безумно грязные и захламленные просторы. Маленькая на вид избенка состояла из невероятного количества жилых помещений. В самом последнем на старой кровати храпел во всю глотку мужик непонятного возраста. В воздухе витали алкогольные пары такой концентрации, что стало понятно – разбудить можно только одним способом.

Я выскочила на улицу и в ближайшем магазине схватила «Столичную». Подставленная Виктору Семеновичу под нос бутылка оказала целительное действие. Сытин, пошатываясь, принял полувертикальное положение и, разомкнув красные, опухшие глазки, поинтересовался:

– Кто?

– Машина «Жигули», номер 666, ваша?

Сытин икнул и уставился на бутылку. Я вздохнула и отдала мужику живительную влагу. Все равно невменяемый, выпьет, может, на короткую минуту очмоняется. Но Витек, сделав добрый глоток, рухнул словно сноп в грязную подушку без наволочки. Вновь понесся храп. От злости я чуть не треснула алкоголика по башке.

– Доченька, – донесся из угла робкий голосок.

Худенькая, какая-то бестелесная старушка с укоризной произнесла:

– Зачем, детка, ироду водку покупаешь. Он и так у нас с дедом пенсию отнял. Вон пятый день не просыхает. Спасибо, картошечка своя, а то бы подохли!

Мне стало жаль скорей всего голодную бабульку.

– Скажите, машина у него есть?

– Была, хорошая такая, быстрая, продал недавно.

– Зачем? – вырвался глупый вопрос.

Старушка горестно вздохнула: