Тут же раздался страшный звук, словно сломали гигантское, совершенно сухое дерево. Аркадий и Дегтярев на секунду выпустили ручку. Длинная железка с бешеной скоростью принялась вращаться. Кресло резко взмыло вверх, Ольгу подняло до потолка и втянуло до половины в отверстие. Я слишком долго описываю произошедшее. На самом деле оно заняло пару секунд, не больше. Ни Кеша, ни Дегтярев не успели адекватно отреагировать на случившееся и теперь с разинутыми ртами взирали на результат Зайкиного упрямства.

Из потолка, словно люстра, придуманная безумным авангардистом, свисали две стройные ножки, обутые в модные, дорогие туфельки, верхняя часть Ольги скрылась в люке вместе с «лифтом».

Поморгав мгновение, Аркадий заорал:

– Ты жива?

Ответа не последовало.

– Мама! – взвизгнул Кеша. – Ей плохо!

– Вот масло, – сообщила, появляясь в комнате, Ирка, – оно испортилось, правда, но для железки сойдет. Чего стоите, мажьте конструкцию, авось сдвинется. Вы почему молчите, а?

Глаза домработницы обежали нас, потом уперлись в потолок. Из ее горла вырвался вопль:

– Это что?!

– Спокойствие, только спокойствие, – ожил полковник, – всем слушать меня.

Мы с надеждой воззрились на Дегтярева. В экстремальных ситуациях люди, как правило, вызывают милицию, справедливо полагая, что стражи порядка умеют справляться с экстраординарными обстоятельствами. А нам повезло, как никому, в доме есть свой полковник.

– Внимание, – начал руководить Дегтярев, – без паники, пока ничего ужасного не стряслось.

– Вдруг она разбилась? – прошептал бледный до синевы Кеша.

– Главное, не волноваться, – велел Дегтярев и крикнул: – Оля, ты жива?

В ответ молчание. Мне стало плохо, голова закружилась, к горлу подступила тошнота.

– Господи, – прошептал Аркадий.

– Молчать! – рявкнул Александр Михайлович. – Зая, если ты по какой-то причине не способна ответить, пошевели ногами, чтобы мы поняли, что у тебя все о’кей.

«Люстра» весьма интенсивно задергалась.

– Отлично, – воскликнул Дегтярев, – она в полном здравии.

– Ты уверен? – спросила я.

– Стопроцентно, – успокоил меня приятель. – Если человек сильно пострадал, он не станет так ногами дергать! Теперь нужно создать штаб операции.

– Какой? – поинтересовалась Маня, швыряя на пол ворох подушек.

– По спасению Ольги.

– Зачем?

– Так всегда поступают, – терпеливо растолковывал полковник, – надо же кому-то руководить процессом. Значит, слушайте меня. Я – начальник спецоперации, Аркадий мой первый зам, Маша отвечает за техническое оснащение, Ирина осуществляет уборку территории и обеспечивает безопасность работ. Всем ясны на этом этапе их задачи? Приступаем. Немедленно оградить место происшествия, оттеснить любопытствующих, выставить кордон, позвать представителей мэрии…

– Эй, эй, – прервала я совершенно обезумевшего Дегтярева, – а чем мы с Кисой должны заниматься?

– Вы? Отойдите на безопасное расстояние, не мешайте проведению операции. От вас двоих толку, как от лыж в Тунисе. Слушаю!

– Кого? – оторопело поинтересовался Кеша.

– Вас, членов штаба, – вещал полковник, – излагайте идеи по спасению Ольги.

– Может, первый что-нибудь предложишь? – начал еще больше синеть Кеша.

Дегтярев решительно покачал головой:

– Нет, я же начальник. Мое дело рассматривать ваши предложения, отвергать их, объяснять ошибки, искать лучший вариант. Я – идейный руководитель, вождь, а вы генераторы идей.

– Зачем ты нам тогда нужен? – справедливо заметила Маня. – Мы сами нагенерируем и вытащим Ольгу.

– Кто-то же должен управлять процессом и указывать вам на оплошности, – возмутился полковник. – Ладно, нечего языком молоть, начинайте.

– Пусть прыгает, я подушек натащила!

– Не получится, ей не вылезти из люка.

– Может, за ноги Ольгу дернуть? – предложила Ирка.

– Ты лучше займись возложенной на тебя миссией, – разъярился полковник, – оцепи место происшествия и вытесни посторонних за милицейское ограждение.

– Вот что служба с людьми-то делает, – по-бабьи горько сказала Ирка, – совсем сбрендил! Ограждение, кордон, ну просто финиш!

Я была с ней не согласна. У Александра Михайловича с головой полный порядок. Просто он оказался в привычной ситуации и моментально стал выдавать привычные же клише, Дегтярев просто запрограммирован на такие действия.

Пока штаб пытался скоординировать работы, я осторожно спросила Кису:

– С улицы можно попасть на чердак?

– Ну… да… вроде. Там лестница к стене прислонена.