Шрифт:
– Я читала о таком эффекте, – кивнула Оксана, – человека из ступора может вывести любая неожиданность. Тебе невероятно, феерически везло. Бомжи не избили, в морге ты не замерзла, похоронить тебя не успели.
– Знаешь, как я мучилась, пытаясь вспомнить, кто же я такая!
– Представляю!
– Вот и нет! Отчего-то пришло мне в голову, что я имею музыкальное образование.
– Да уж, – хихикнула Оксанка, – я очень хорошо помню твои рассказы, как бабушка Фася, отчаянная меломанка, таскала внучку в консерваторию на концерты, а ты, несчастная, пересчитывала на сцене музыкантов.
– Верно! Вот откуда выплывали обрывки мелодий. А еще бабуля отдала внучку в музыкальную школу, но меня оттуда вышибли спустя месяц, я только ноты писать научилась! Впрочем… мне еще привиделось, как тащусь утром в метро, а в портфеле клавир… [8] Убей бог, не понимаю, откуда взялась эта картина?
– Твой мозг отчаянно пытался вытащить тебя наружу, – вздохнула Оксана, – интересно! Ты сама забыла, а я помню про ноты.
– Да?
– Ага. Давно-давно дело было, ты мне рассказывала! Денег мало, Аркашка маленький, вот ты и решила продать вещь, оставшуюся от бабушки, – старинный клавир. Тебе он был совершенно ни к чему, а для музыканта это желанное приобретение. Фасе ноты подарили много-много лет назад.
8
Клавир – ноты.
– Верно, – закричала я, – их у меня пианист купил, хорошо заплатил! Хватило и на пальто Кеше, и на то, чтобы долги отдать! Понятно теперь, откуда я знала, каково жить с пьянчугой. Мой бывший муженек Генка – запойный алкоголик! И покер! Бабушка Фася была картежницей! [9] И потом, мне казалось, что я жила в домике, где закончилась вода! Господи, это же в деревне, в том противном местечке, помнишь, я снимала давным-давно на лето избу в Подмосковье, натуральный сарай! Гиблое место, без электричества, газа и канализации!
9
См. книгу Дарьи Донцовой «Бассейн с крокодилами», издательство «Эксмо».
– Зато почти даром, – хмыкнула Оксана, – воздух упоительный! Вечером вечно навозом воняло! Волшебное местечко.
– Все, все теперь ясно, – ликовала я, – вот отчего имя Аркадий казалось мне знакомым. А потом я увидела крысу Манюню и стала мучиться: ну кого так звали? Родного, близкого, любимого! Стоп!!!
– Что еще? – подскочила Оксана.
– Значит, я пропала, а вы меня не искали?!
Оксана вздохнула:
– Да уж. Ну-ка вспоминай, отчего тебя понесло к Горбуновой.
Я наморщила лоб.
– Великолепно помню: неуемной Зайке пришла в голову идея поменять в доме окна, ей надоели темные рамы, вот она и заказала белый пластик. На мой взгляд, жуткое уродство, но, сама знаешь, с Ольгой не поспоришь.
– Дальше?
– Что?
– Ну, как вы поступили в преддверии мелкого ремонта?
Я пожала плечами:
– Да просто. Машка уехала на неделю в Париж, Аркашка с Зайкой и детьми рванули на семь дней в Ниццу, Александр Михайлович отправился на рыбалку. Никому неохота было в шуме существовать. Знаешь, смена окон – дело хлопотное, грязное. Собак мы отдали тебе. Кошек Маше Трубиной.
– Верно.
– Повариху Катерину отправили в отпуск, домработницу Ирку тоже.
– Хорошо.
– За рабочими, ставящими новые стеклопакеты, оставили следить садовника Ивана.
– Потрясающая память.
– Сама я поехала в гостиницу. Ты звала меня к себе, но едва я собралась, как к тебе обвалились родственники из Питера, места мне там не было. А потом, знаешь, захотелось почувствовать себя совершенно свободной, как птица… Несколько дней я шлялась по магазинам, а затем поехала на свидание к Ленке.
Оксана кивнула.
– Я забеспокоилась, звоню тебе, звоню, мобильник талдычит: «Номер не обслуживается». Вызвала Дегтярева, ну тут все и завертелось. Кстати, полковник очень много узнал, обзвонил всех друзей и подруг, добрался до Ленки, не ел, не пил, не спал… Он проследил твой путь, вышел на криминального авторитета, выяснил, что его «шестерки», вернувшись назад в лес, не нашли «труп», и уперся лбом в стену. Ну какие сволочи встречаются!
– Ты о ком? – не поняла я.
– Да так, – отмахнулась Оксана. – Нет, вот счастье-то!
– А теперь о чем говоришь?
– Зайка получила приглашение на концерт. Телеканал, где она работает, праздновал день рождения, – пустилась в объяснения Оксана.
Ольга, естественно, сказала:
– Никуда не пойду! Какое веселье, когда Даша пропала!
Но коллеги стали переубеждать девушку:
– С ума сошла. Твое место в первом ряду!
– Около начальства!
– Заметят, что проигнорировала торжество, потом припомнят.
Я усмехнулась:
– Кудрявенький тоже следил, кто к нему на день варенья не притопал.