— Ты ведь блокирован, — сказал Стась. — Так?

Бандит молчал. Только ерзал, будто пытался отлепиться.

— Но если я задам тебе особые вопросы, тебе очень захочется ответить… — ласково продолжал Стась. — Очень-очень… и ты начнешь говорить, и умрешь… Верно?

— Да. — Бандит облизнул губы.

— Повторяю, у тебя есть шанс остаться в живых. Я могу задать тебе несколько других вопросов… ответы на которые не приведут к твоей смерти. Так что выбирай. Сделка выгодна мне — я получу хотя бы часть информации. И тебе — ты сохранишь жизнь. Если ты агент высокого класса, а мне сдается, что это так, то инстинкт самосохранения тебе не стирали. Решай.

— Какие вопросы? — спросил бандит.

— Твой ранг?

— Лейтенант внешней безопасности Инея.

— Имя?

— Карл.

Стась кивнул:

— Ты не мог бы дать совет этому мальчику, лейтенант Карл? Он собирается принять гражданство Нового Кувейта. Стоит ему это делать?

— Этот вопрос на грани блока! — быстро ответил Карл.

— Но ведь не за гранью? Представь, что этот ребенок твой сын, или чем-то тебе очень сильно помог. Что ты ему посоветуешь?

— Брать билет и улетать на Авалон, — резко ответил Карл. — Все, джедай?

— Сейчас ему следует отправиться спать или лучше вызвать машину и поехать в космопорт?

— Вот этого я не знаю. — Карл подался вперед. — К счастью, не знаю, иначе ты убил бы меня! Фаг, нечестная игра!

— Хорошо, хорошо, заканчиваем! — успокаивающе сказал Стась. Его голос вдруг изменился, завибрировал, будто пропущенный сквозь трюковую компьютерную программу: — Кстати, почему этот мальчик — никто для Инея?

— У него… — так же быстро ответил Карл. И замолчал — глаза его остекленели, челюсть обвисла, и сам он мертво повис на стене.

— Обидно, — сказал Стась, глядя на безжизненного лейтенанта с планеты Иней. — Как обидно.

— Вы знали, что он умрет от этого вопроса! — крикнул я. — Капитан Стась, вы его убили!

— Да. — Стась кивнул. — Я надеялся, что он успеет ответить, его организм сейчас накачан гормонами… но слишком хороший блок.

— Вы его убили, — повторил я.

— Да, Тиккирей. — Стась посмотрел на меня. — На его совести — десятки жизней, поверь. И еще кое-что, похуже простых убийств.

Я отвернулся. Мертвый голый мужчина с обгорелой культей вместо руки висел на стене, словно какая-то букашка в коллекции. Пусть Стась был прав, и он бандит, но нельзя же убивать бандита без суда! Какой же он после этого рыцарь!

— Тиккирей… — неправильный рыцарь подошел, обнял меня за плечи. Он понял, о чем я думаю. — Ты еще убедишься, что я был прав. Наверное. А сейчас я вызову тебе такси, ты соберешь свои вещи и улетишь.

— Куда? — прошептал я.

— Сейчас попытаюсь придумать. Тебе нужна молодая, добрая, гостеприимная планета. Такая, где есть леса, горы, моря. Где можно работать, учиться и не забивать голову такими проблемами, что вовсе не нужны для счастья.

— Ну почему я должен улетать! — выкрикнул я. — Мне тут нравится, у меня тут друзья!

— Ты слышал, что тебе посоветовал Карл?

— Да…

— Поэтому и улетай. Новый Кувейт вот-вот будет захвачен Инеем.

Я даже фыркнул.

— Это ведь богатая планета, тут Имперский Флот на орбите! Никакая колония не станет бунтовать против Императора!

— Да, но за последние полгода четыре планеты присоединились к Федерации Инея. Большие, богатые, процветающие колонии… Ты будешь слушаться моих советов, Тиккирей?

Как же мне было паршиво…

— Да, капитан Стась.

— Иди и собирай свои вещи. Быстренько, ладно? Я вызову машину и посмотрю расписание рейсов.

Мне и собирать-то было почти нечего. Фотография, которую я успел поставить на стол, — я с родителями, два года назад, в городской оранжерее, перед клумбой с розами. Полотенце, которое я повесил в ванной, — чтобы немножко напоминало дом.

Планшетка, которую я подключил к терминалу. И мои старые, глупые, детские часы в виде робота.

Но я почему-то еще несколько минут шатался по комнате, заглядывал в шкафы и на полки. Я даже не сразу понял, что тихонько хнычу при этом, не плачу, а именно хнычу — без слез.

Ведь я уже привык к своему коттеджу…

А как же Лион?

Я закрыл чемодан, захлопнул дверь и быстро пошел к коттеджу, где жила семья Лиона. Было тихо, даже из ресторана, хоть там и горел свет, не доносилось ни звука. Все уже угомонились и давным-давно спали. Но я должен был попрощаться с Лионом… и предупредить его. То есть не самого Лиона, а его родителей.

На звонок никто не отвечал. Вначале я звонил в дверь вежливо, коротко — чтобы сразу дать понять, что час поздний, и я это знаю. Потом прижал палец к сенсору, слыша, как внутри заливается трелями сигнал.