Денгор вздохнул.

— Тесан рассказала мне кое-что. Я попытался уложить её спать, но она всё пыталась мне рассказать. Говорила, это важно. Она рассказывала вам о призраке без лица?

Вейс и Лас переглянулись.

— Да, — подтвердила Вейс. — Они выдумали его с другими детьми. Дети любят выдумывать страшилки.

— Она говорила, что её приманила к себе та самая женщина-призрак. Которую они сами и выдумали. Поэтому я и хотел бы посмотреть на снимки.

— Нет, — ровно возразила Лас. — Никто не будет смотреть на них. Ни одна живая душа.

— Лас, тебе не нужно…

Лас молча достала из кармана фотоаппарат и вынула гибкую пластинку — карта памяти. Тесан всегда говорила, что они слишком легко ломаются. Так и есть — переломилась легко. И ещё раз, и ещё. Лас убрала обломки в тефан.

— Теперь ты, — она посмотрела в глаза Вейс. — Ты тоже что-то слышала. Или видела. Ведь так?

— Только колыбельную, — Вейс выдержала взгляд. — Ничего больше. Кто-то пел колыбельную голосом Тесан.

Минуты три все молчали

— Я иду спать, — Лас поднялась на ноги. — Я включу камеры и сигнализацию. Денгор, вам лучше побыть рядом с Тесан.

— Я приготовлю ему соседнюю комнату, — Вейс тоже встала. — Лас, тебе тоже не нужно оставаться одной.

Лас долго смотрела ей в глаза.

— Нет, — покачала головой. — Со мной всё хорошо. Спокойной ночи!

Ей не спалось. Она вспоминала смех, он вновь не давал покоя. Семьдесят с лишним лет назад он не давал покоя — когда, казалось бы, всё было кончено, добро торжествует, а зло повержено. Год длилось наваждение, долгий год, и не помогали никакие лекарства. А потом прошло. Раз и навсегда. До сегодняшней ночи.

Всхлип.

Лас приподнялась на локте. Показалось?

Ещё один всхлип. Нет, не показалось. Это Вейс. Которой никогда, по её словам, не снятся кошмары. Она вообще спит без задних ног, и пока спит — немногое может разбудить её.

Лас выскользнула из-под одеяла. Замерла. Перекрывая шелест волн за окном, слуха вновь коснулся всхлип.

Лас на цыпочках вышла в коридор, подошла к соседней двери. Взялась за ручку.

— Вейс?

Нет ответа. Лас тихонько постучала. Нет ответа. Лас вздохнула, и повернула ручку.

Вейс сидела, одетая, на уголке кровати и плакала. Так и не ложилась?!

— Что случилось? — шёпотом поинтересовалась Лас. — Ложись давай. Скоро уже утро.

— Лас, — Вейс вскочила и обняла её. — Это я! Это была я! Прости, пожалуйста!

— Тс-с-с, — Лас прижала её к себе. — Успокойся. О чём ты? Что ты сделала?

— Там, в библиотеке. На Сердце Мира. Это я сказала ей, где ты. Это я тебя выдала.

И разрыдалась вновь. Лас крепче прижала её к себе.

— Всё хорошо, — она погладила Вейс по голове. — Это уже неважно, Вейс. Всё прошло. Давай ложись, не то я правда рассержусь.

Вейс молча разделась и забралась под одеяло. Лас присела на уголок.

— Ты простишь меня? — прошептала её подруга, взяв Лас за руку.

— Я давно уже всех простила, Вейс. Ты не смогла бы. Ты не смогла бы противостоять ей.

Вейс кивнула и закрыла глаза.

— Спи, — Лас сжала её ладонь. — Всё потом. Потом расскажешь, если захочешь.

— Останься, Лас.

Лас покачала головой, посмотрела на себя. Ей всё ещё хватает пяти секунд, чтобы облачиться в нижнюю часть тефана. С её точки зрения — уже одета. Правда, появляться при посторонних в таком виде — значит, прослыть как минимум легкомысленной. Но с точки зрения Вейс — Лас раздета самым неприличным образом. Правда, последние сорок лет они уже не спорят на эту тему.

— В таком виде? Что подумают люди?

Вейс расхохоталась, отпустила её руку.

— Да ну тебя! Посиди немного, я не буду смотреть.

— Холодно, — Лас поёжилась. — Подвинься, — распорядилась она и забралась под одеяло. — Не бойся, в моём возрасте приставать к почтенным бабушкам уже неприлично.

Вейс чуть не досмеялась до икоты.

— Всё, Вейс, — Лас нашла её ладонь и сжала. — Я считаю до пяти, и ты спишь. Если не спишь, я встаю и ухожу.

Она не успела досчитать до пяти. На счёт «три» сама провалилась в сладкий, освежающий поток — там не было ни смеха, ни страшных воспоминаний, ничего. Только покой и тепло.

Лас потянулась — она никогда не вскакивала из постели. Потянитесь, говорила ей няня. Не торопитесь. День от вас не уйдёт. Пусть тело проснётся, сделайте ему приятно — полежите с закрытыми глазами, потянитесь, проведите ладонями, с головы до пят. И вот тогда — сразу вставать, уже не валяться.

Лас уселась в постели. Она не у себя в комнате. События ночи всплыли не сразу. Но как Вейс сумела встать, не разбудив её? Лас спит очень чутко.