— Эрудит, ну ладно сопляк этот, но ты-то уже бывалый сталкер, понимаешь, что к чему, — затараторил как скорострельный АК Чегевар.

— Может когда-нибудь и присоединюсь к вам. Но пока я пойду с Немо, — Эру поморщился чему-то и неторопливо вышел из вагончика.

— Эру, я с тобой, — крикнул вслед ему Москит, спеша к выходу.

Каль остался наедине с Чегеваром. Тот смотрел на него испуганно, с надеждой в глазах и даже, как показалось Калькулятору, с непонятной жадностью. И это испугало не слишком смелого сталкера настолько, что, не произнеся ни слова, он как ошпаренный вылетел на улицу.

Немо спокойно оглядел всех. Эрудиту показалось, что на языке у него вертится вопрос, а может даже и не один. Но легендарный сталкер ничего не произнес вслух. Тут из подземелья показался Чегевар, прикрывающий ладонью прищуренные глаза, отчего у Перуна возникла неприятная ассоциация со слепым кротом, впервые попавшим под лучи солнца.

— Немо, иди сюда, пару слов сказать надо, — буркнул он и нырнул в укрытие.

Перун вопросительно взглянул в глаза Немо, но тот лишь едва заметно качнул головой и последовал за Чегеваром один.

— Слушай, Немо, я тебе вот что скажу, — нервно облизывая губы, выпалил свободный сталкер, когда они оказались в укрытии. — Хрен знает, где ты нарыл тёлку эту, но что ты за неё хочешь?

— То есть?

— Да не ломайся ты! Знаешь ведь, что я смогу достать все и сделать тоже могу все. Так что попросишь за неё? Хочешь экзоскелет, какие только у монолитовцев бывают? Я достану. Новый Винторез взамен этого? Получишь. Деньги, артефакты, патроны, еда. Что хочешь, то и сделаю для тебя. Но отдай девчонку мне. Я хочу её!

— Знаешь, Чегевар, когда я шел спасать тебя, почему-то надеялся что ты изменился за последние два года. И ты действительно изменился. Тогда ты был трусливым. А теперь — трусливый, жадный, сволочной и ничтожный. Просто не подходи к ней, — резко развернувшись, Немо сделал шаг к выходу.

— Не торопись, Щенок, — Одинокий снайпер услышал за спиной неприятный щелчок предохранителя. — Я знаю, что в отряде будет именно так, как ты скажешь. И сейчас ты скажешь, что девчонка остается со мной. Ты не думай, я её не обижу. Жить она будет у меня так, как не каждая там, за Кордоном, живет. Она получит всё. А от неё мне нужно не так уж и много.

— Чегевар, будь добр, опусти Бизон и дай нам уйти. Так будет лучше и для нас, и для неё, и для тебя, — буднично попросил Немо.

— Лучше? Уйти? А вот хрен! Никуда ты не уйдёшь! И остальных положу к чертовой матери, — тихо, но ожесточенно зашептал свободовец. — А она все равно достанется мне! Побеждают-то, как ты говоришь, самые подлые.

— Побеждаете, — грустно кивнул Немо. — Но не всегда.

Чегевар даже не разглядел ноги, которая ударив назад и вверх, вскинула ствол Бизона к потолку. И едва ощутил рывок, словно пистолет-пулемет, уподобившись животному-тезке, попытался вырваться из рук. В себя он пришел лишь когда ствол с половиной шнекового магазина звякнул, упав на жестяной пол, отсеченный ударом артефактного клинка.

— Прощай, — засовывая нож на место, бросил Немо и вышел навстречу полуденному солнцу.

На улице он махнул рукой остальным сталкерам и неторопливо пошёл прочь, как всегда петляя между ещё невидимыми аномалиями. Отряд, даже не переглядываясь, пошел за ним.

Они отошли метров на пятьдесят, когда услышали за спиной истеричный вопль:

— Мужики, вы чего? Не бросайте вы меня! Эрудит, Перун! Перуууууун! — визжал Чегевар, зная имена только двоих сталкеров. — Деньгами осыплю! На всю жизнь обеспечены будетеееееее! Не уходите! Ну хоть с собой позвольте пойтииииии! — визг постепенно превратился во всхлипывание, словно один из руководителей Свободы готов был разрыдаться.

— Немо, может правда, взять его, а? — поморщился Перун, однако не поворачиваясь к Чегевару.

— Нет.

— Сожрут ведь его. Или в аномалию влетит.

Немо не ответил.

— Нееееемоооооооооо! — выл тем временем свободный сталкер. — Не оставляй! Ты же не такая своооооолочь!

— Ошибаешься, Чегевар, — внезапно развернувшись, но не сбавляя шага, крикнул он. — Я именно такая сволочь и есть.

Сталкеры шли молча. Они вообще редко разговаривали в переходах, когда все внимание нужно сосредоточить на том, чтобы успеть выстрелить, упасть или отпрыгнуть в сторону. Перун боролся с каким-то неприятным чувством, будто бы он вляпался в неприятно пахнущую кучу и теперь, даже уйдя далеко от неё, чувствовал вонь, пропитавшую его насквозь. Чтобы как-то отвлечься от этого чувства, он спросил:

— Немо, а откуда у Чегевара такое прозвище странное?

— На Кубе когда-то жил такой человек. Эрнесто Че Гевара. Он сражался за свободу и будущее своего народа. Вот и этот сталкер, когда пришел в Зону боролся за свободу. Только он за другую свободу боролся. За свободу от таких нелепостей, как долг, честь и совесть.

— И правильно, — хмыкнул Эрудит глядя с превосходством на Немо, сморозившего очередную глупость. — С такими понятиями в Зоне не выживешь. Не такой уж он и глупый этот свободовец. Да и в обычном мире теперь не выжить.