Шрифт:
– С вами все в порядке, Рэйвен?
Она подняла глаза и увидела над собой угрюмые глаза Шарля Сен-Жермена.
– Д-думаю, да, – пробормотала Рэйвен.
– О, капитан, я так вам благодарна! – воскликнула леди Крейвен, энергично обмахивая перчатками вспотевшее и раскрасневшееся лицо. – Нас могли бы затоптать до смерти!
– Вам повезло, что я оказался поблизости, – согласился Шарль, бросив на Рэйвен такой взгляд, что вся её радость от неожиданной встречи с ним мгновенно улетучилась. – Где ваши слуги? Разве не они должны были защитить вас?
– Мы приехали без них, – объяснила Сара Брумфилд. – В них не было нужды.
– Не было нужды? – переспросил капитан. – Вы, леди, хоть понимаете, что здесь сейчас происходит? Вам вообще нельзя было появляться в городе!
– В самом деле, капитан Сен-Жермен? – ледяным тоном проговорила миссис Брумфилд. – Вы не имеете права так разговаривать с нами.
– Это вам только кажется! – усмехнулся капитан. – А теперь немедленно отправляйтесь домой!
– Мы так и сделаем, – согласилась леди Крейвен, совершенно не обидевшаяся на красавца капитана за его грубость. В отличие от Сары она была в Индии во время кровавой резни в Кабуле и с тех пор не забывала, на что способна разъяренная бунтующая толпа.
– Пойдемте, мисс Бэрренкорт.
– Я догоню вас, – заявила Рейвен.
Леди Крейвен, спешившая поскорее добраться до относительной безопасности кареты, оставила Рэйвен наедине с капитаном, допустив такое нарушение этикета, которого в любых других обстоятельствах ни за что бы не позволила.
Рэйвен мгновенно забыла о своих компаньонках, о разбушевавшейся толпе и о факире – сейчас ничто не имело значения.
– Шарль, слава Всевышнему, что ты отыскал меня!
– У меня нет времени для обмена любезностями. Что ты хотела сказать мне?
Рэйвен в нерешительности отступила, испуганная его яростью.
– Если это из-за объявления о помолвке, то я хотела бы объяснить…
– Ты считаешь, что это должно волновать меня? Отнюдь. Должен признать: все это было несколько неожиданно, но я вовремя вспомнил, какая ты неисправимая лгунья.
– Шарль, о чем ты?
Он отвернулся, словно ему было неприятно смотреть на нее.
– Было бы разумнее предупредить меня с самого начала, что ты едешь в Пенджаб, чтобы выйти замуж за своего кузена. В этом нет ничего постыдного. Тысячи молодых девушек без гроша за душой выскакивают замуж за своих богатых родственников. Тебе незачем было задуривать мне голову.
– Шарль! – воскликнула Рэйвен, видя, что объявление о помолвке вызвало у него умственное расстройство.
– Стойте где стоите! – рявкнул капитан, когда она шагнула к нему. – Я больше не желаю знать вас, мисс Рэйвен Бэрренкорт. – Он произнес ее имя с отвращением. – Вы сумели околдовать меня, очаровали и всю мою команду. И вообще заставили меня пережить столько неприятностей, сколько мне и не снилось. Не стану отрицать, что я испытывал к вам нежные чувства. Но сейчас все это в прошлом. Так что примите мои сердечные поздравления с предстоящей свадьбой, леди Бэрренкорт. Вы и ваш алчный цепкий кузен изумительно подходите друг другу.
Рэйвен оцепенела. Никогда в жизни ее так не оскорбляли! Ей бросили в лицо ее любовь за ненадобностью, отвергли и заставили почувствовать себя навязчивой идиоткой! Она открыла было рот, но поняла, что не может произнести ни слова.
Худое красивое лицо стоявшего перед ней мужчины казалось бесчувственной маской, разве что на щеке подергивался нерв. Внезапно Шарль повернулся и быстро зашагал прочь. Стряхнув с себя оцепенение, Рэйвен вскрикнула и бросилась следом за ним. Но ей мешали юбки, а он шел слишком быстро. Да и слезы застилали ей глаза.
Вскоре Рэйвен потеряла его из виду. Она остановилась и, закрыв лицо руками, тихонько заплакала.
Глава 12
На пустынных извилистых улочках, открытых взгляду с террасы, все было спокойно. Торговцы тканями, фруктами и гончарными изделиями давно упаковали нераспроданные товары и покинули свои будочки и прилавки. Площадь, еще недавно заполненная шумными покупателями и смеющимися зрителями, громко аплодировавшими трюкам дрессированного верблюда, тоже опустела. Лишь бездомные собаки бродили в поисках съестного, да несколько нищих нашли себе приют у покинутых будок. Воздух был прохладным, северный ветер окреп и свирепо посвистывал. Но Дмитрий, уютно расположившийся на террасе, не чувствовал его, прекрасно защищенный оградой из песчаника.